Абсолютно недостоверная информация поступила на стол Н. Ф. Ватутина и во второй половине дня 7 июля. Согласно донесениям, противник наращивает силы, подводя из глубины новые резервы. Разведуправление утверждало, что зафиксировало перед фронтом И. М. Чистякова и М. Е. Катукова целый вражеский корпус из трех дивизий, которого в действительности там не было. Вообще это сообщение о корпусе было очень странным и полностью оторванным от реальности. Помимо того что разведка истолковала переброску 3-й тд в район Луханина как появление нового соединения, к ней добавили, непонятно в силу чего, еще две несуществующие дивизии. Процитирую разведсводку на 12.00 7 июля:
«На томаровском направлении противник ввел в бой свежую пехотную дивизию (предположительно 328-й пд) и танковую дивизию (предположительно 19-й тд), развивая успех в северо–восточном направлении на Беленихино.
В районе Коровино, Бутово, Дмитриевка в 8.00 7.7 авиаразведкой установлено скопление до 2000 автомашин и танков (предположительно сосредоточилась 6-я тд).
В 2.00 7.7 противник ввел свежую танковую дивизию (не установленной нумерации) и предпринял атаку танками до 150 единиц с рубежа Беловская»{635}.
Командующий фронтом стоял перед дилеммой. Он знал, [678] что никто не застрахован от ошибок, случаев, когда к нему на стол попадала не проверенная до конца информация, было немало. В то же время абсолютно не верить в собранные разведуправлением фронта сведения было опрометчиво. В данном конкретном случае информация о появлении нового корпуса врага не имела каких–либо тяжелых последствий для фронта. Скорее наоборот, данные о появлении 19-й тд явились одним из аргументов при обосновании просьбы передать фронту несколько танковых корпусов в шифровке 6 июля на имя Сталина. И, вероятно, этот аргумент был принят во внимание. В других же случаях ошибки разведки существенно осложняли понимание намерений противника и создавали большие сложности при проведении операций.
Думаю, читателю ясно, в сколь непростом положении на исходе 7 июля находился Ватутин, обдумывая дальнейшие шаги. Причем значительную часть вины за создавшуюся обстановку Ставка должна была взять на себя. Поэтому для объективного анализа и оценки его последующих действий считаю крайне важным обязательно учитывать приведенные выше факты. Но вернемся к планированию командующим фронтом действий на 8 июля.
Судя по документам, во второй половине дня Н. Ф. Ватутин решил, что немцы в ближайшее время попытаются осуществить оба удара — и на север, вдоль шоссе на Обоянь, и на северо–восток, тем самым постараются окружить 31-й тк. Основанием для этого послужили и данные разведки о сосредоточении резервов, и трезвый расчет.
Стремление противника как можно быстрее двигаться на север было очевидно. В то же время с каждым шагом в глубь нашей обороны росла угроза на обоих флангах 4-й ТА. И любой военачальник непременно в этой ситуации постарается как можно быстрее ликвидировать эту угрозу. Причем если против советских войск в излучине Пены неприятель мог выставить временный заслон и двигаться дальше, то рубеж Красная Поляна, Кочетовка, Сухо — Солотино, Большие Маячки, Малые Маячки, Грезное был для немцев более значительным препятствием. Этот участок подобно клину врезался в стык двух вражеских группировок, двигавшихся на главном направлении, и раскалывал их, создавая серьезную угрозу смежным флангам. Поэтому командование Воронежского фронта ожидало, что 8 июля наряду с ожесточенными боями южнее линии Верхопенье — Гремучий немцы нанесут удар по флангам 31-го тк. Не исключено, что будет предпринята попытка взять корпус в кольцо, это обычная практика противника.
Так как преодолевать этот район, в том числе и в силу [679] сложного рельефа местности, будет непросто, а немцы и так уже несут значительные потери, время уходит, поэтому, чтобы сэкономить и то и другое, они могут попытаться взять район пойм Солотинки и Псела не штурмом, а заставить наши войска отойти на север под угрозой окружения. Этот вывод руководства фронта разделяло и командование 1-й ТА. В разведсводке на 21.00 7.7 начальник штаба генерал–майор М. А. Шалин отмечал:
«Выводы: к утру 8.7. следует ожидать дальнейшего наступления с вводом свежих резервов в двух направлениях: Сырцево — Верхопенье и Грезное — Кочетовка — Орловка»{636}.
