Когда предназначенные к продаже вещи нашли своих хозяев, а маклер завершил с Сеитом расчеты и ушел, наступил вечер. Супруги падали от усталости. Их ужином стали суджук и яйца, которые Сеит принес из ближайшей продуктовой лавки. Дети уснули, даже не поев. После того как Мюрвет уложила их в комнате, она еще несколько часов открывала коробки и обставляла дом. В то же время муж разбирал свои собственные вещи и книги. Они не обмолвились друг с другом ни словом, продолжая свое дело наедине с собственными мыслями. Оба понимали, что подошли к еще одному поворотному моменту в своей супружеской жизни. Но никто из них не хотел об этом говорить.
Сеит теперь почти не выходил из квартиры, как и обещал Мюрвет. Сидя целый день дома, он читал книгу или усаживал Леман к себе на колени и беседовал с ней, как со взрослой. Он делился с Леман моментами из прошлого, о котором не мог рассказать жене: о своем детстве, об отцовском доме. То внимание, с которым дочь, раскрыв глаза, слушала его, делало Сеита счастливым. Раз-два в неделю все вместе они выезжали в Бейоглу, ходили вместе с детьми в кино, пили чай в кондитерской «Петроград», обедали в ресторане Волкова и поздно вечером возвращались домой на такси. В образе их жизни не поменялось ничего, кроме того, что они теперь теснились в двух комнатах дома в другом районе. Они привыкли к достатку, хорошему и красивому образу жизни – и по инерции так и продолжали жить.
Однако спустя время скопленным деньгам, как и всему хорошему, пришел конец. Выезды в Бейоглу сначала сократились до раза в неделю, а затем они и вовсе перестали выезжать из Джагалоглу. Пока Мюрвет со страхом наблюдала, как деньги в ее руках тают, Сеит вновь погрузился в молчание. Наконец в один из дней было решено продать вещи, которые они считали самыми ненужными. Вслед за этим начали продавать и нужные.
Сеит с упорством ждал, когда же Мюрвет наконец возмутится и попросит, чтобы он нашел работу.
Мюрвет, боясь, что придет конец ее любимым вещам, которые они продавали, тем не менее молчала. Оба предчувствовали грядущую бурю.
В одну из таких бессонных ночей Мюрвет вспомнила о конверте, который хотели выдать Сеиту как расчет за оружие, которое он поставлял в Синоп, когда сбежал из России. Сеит рассказывал, как командир сказал: «Сеит-бей, дорогой, пусть этот конверт останется у вас. Если мы однажды спасем Родину, то с этой бумагой вы получите свое право на награду». Муж не принял тот конверт, но может быть, еще есть инстанция, где Сеит мог бы забрать положенное. Эта мысль, как молния, пронеслась в ее голове, она от волнения не спала всю ночь. Но она так и не решилась напомнить о конверте Сеиту, зная его упрямство. Пусть он сам попробует найти пути решения проблемы.
С первыми лучами солнца она приготовила завтрак и накрыла на стол.
– Что случилось, Мюрвет? – спросил муж. – Мы будем завтракать еще до того, как солнце встанет?
Она постаралась улыбнуться.
– Если позволишь, я сегодня поеду к маме. Ночью видела дурной сон про нее.
Она со страхом ждала, что муж скажет: «Поедем вместе». Но Сеит не особо желал посещать тещу.
– Поезжай. Только не заставляй меня волноваться – возвращайся до темноты.
Мюрвет, обрадовавшись, что смогла его убедить, быстро собралась. Дети все еще крепко спали. Приготовив Сеиту чай, она вышла из дому и направилась прямиком в дом старшей дочери тети в Шехремини. Шюкрийе и ее муж Осман с радостью встретили Мюрвет. Но они тут же заподозрили, что за ее ранним приходом кроется какая-то проблема. Осман предположил, что в приходе Мюрвет есть важная причина на то. Он спросил, предполагая, что услышит о том, что супруги расстаются:
– Что мы можем для тебя сделать, Мюрвет?
– Осман-бей, я хочу сделать кое-что так, чтобы Сеит об этом не знал. Но необходимо, чтобы он не догадывался ни о чем, пока не будет результата. Ты знаешь, какой он упрямый.
Осман засмеялся.
– Как же не знать! Ты мне это говоришь?
Мюрвет рассказала о конверте.
– Если бы он получил в тот день то письмо! Но наверняка есть инстанция, которая нам поможет. Подскажи, куда мне пойти, к кому?
Осман вздохнул:
– Я не знаю, Мюрвет. Нужно спросить того, кто об этом знает. С тех пор прошло слишком много времени. Как ты справишься в одиночку, без Сеита? Но в вилайете у меня есть один друг. Давай спросим у него.
Друг Османа в вилайете сказал, что они должны пойти в Управление имущественных отношений, однако у Османа были собственные дела, и он вынужден был оставить Мюрвет одну.
– Мюрвет, если хочешь, я найду время, и сходим потом вместе.
– Нет, Осман-бей, я из дому-то с трудом вышла. Еще один повод могу не найти. Спасибо за все, достаточно и того, что ты так помог! Управлюсь сама.
– Тогда удачи тебе! Сеиту привет и любовь!
Они простились.
Мюрвет пришла в управление. Директор был максимально вежлив и учтив. Он внимательно выслушал молодую женщину, которая, будучи в безвыходном положении, стесняясь, хотела получить право на прошлое мужа. Затем заговорил:
