– Не думаю, что здесь безопасное и спокойное место, сейчас везде неспокойно, – вздохнул Эминов. Затем он встал: – Я приношу извинения, я не так молод, как вы, мне нужно отдохнуть. Мы продолжим нашу беседу завтра.
Все встали и пожелали ему спокойной ночи.
– Простите меня, господин Эминов, – смущенно сказал Михаил. – Должно быть, из-за меня у вас заболела голова, я расшумелся.
Эминов по-отечески похлопал его по плечу:
– Незачем извиняться, молодой человек, я прекрасно провел время. Более того, запальчивость – это естественное состояние молодости. Не стесняйся быть воинственным, сын мой.
После того как Мехмет Эминов ушел, молодые люди расселись по креслам. Усталось навевала сон, но никто не собирался идти спать. Осман и Махмут, решившие оставить офицеров одних, крепко обняли Сеита.
– Как здорово, что ты здесь, с нами, брат. Как бы мы хотели быть вместе всегда.
Владимир был тронут этой сценой. Он пошутил:
– Здесь и так много людей живет, Курт Сеит, я не думаю, что ты здесь нужен.
– Знаешь, – сказал Сеиту Джелиль, который до тех пор молчал, – я очень хотел бы быть на их месте сейчас. Вместо того чтобы спать с мыслями о карпатских ужасах, я бы обнял свою красивую жену и заснул с ней. Это было бы чудесно.
– Тебе для начала надо обзавестись женой, чтобы было кого обнимать, – улыбнулся Михаил.
– Татьяну, например, – вмешался Владимир.
Джелиль пробормотал:
– Это разные вещи.
– Откуда ты знаешь, ты же не женился.
– Правда, сколько времени вы уже вместе?
Джелиль задумался, прежде чем ответить Сеиту.
– Я думаю, года три, может, больше.
– Она вообще хочет за тебя замуж?
– Татьяна? Не знаю, никогда не чувствовал этого. Я думаю, мы оба счастливы и довольны существующим положением дел.
Михаил обратился к Джелилю:
– Если вы расстанетесь, скажи мне об этом, хорошо?
– Ни в коем случае! – воскликнул Владимир. – Ты что, положил глаз на нее? Михаил, не могу в это поверить.
– Не только я, многие мужчины положили на нее глаз. Не говори, что ты не знал.
Джелиль не обижался на эти разговоры.
– Ну, скажи что-нибудь. Наш друг открыто заявляет о симпатии к твоей возлюбленной, – смеялся Сеит.
Тут уж Джелиль решил встать на защиту своей девушки:
– Не беспокойся, Миша, я не собираюсь ее бросать. Даже не надейся.
– Но ты ведь все равно на ней не женишься!
Джелиль озорно улыбнулся:
– Кто знает, кто знает! Может быть, мы и поженимся.
– Тогда тебе лучше не погибать на поле брани. Я не собираюсь. Кто вернется живым, тот и получит ее.
– Мне кажется, вы оба замечтались, – сказал Владимир.
– Правда, что она самая длинноногая балерина в Императорском балете? – спросил Михаил.
Джелиль так сильно расхохотался, что его узких глаз стало совсем не видно.
– Как вы здесь развлекаетесь, Курт Сеит? – поинтересовался Владимир.
Сеит и Джелиль посмотрели друг на друга и улыбнулись.
– А что, Сеит, здесь есть место, где мы могли бы с удовольствием провести несколько часов, прежде чем отправимся на войну?
– Если хочешь, можешь провести здесь даже не несколько часов, а несколько дней.
Михаил замахал руками:
– Хорошо бы, но нам двух или трех часов хватит.
– Давайте закончим вечер на этом и немного отдохнем, – сказал Сеит.
– Ты, Сеит, так и не сказал, куда мы пойдем? Есть ли здесь доступные девушки и есть ли среди них прекрасные брюнетки?
Сеит и Джелиль снова рассмеялись. Сеит хлопнул Михаила по плечу и ответил:
– По правде говоря, я не очень-то могу помочь тебе по этой части, дорогой Миша. Будь доволен тем, что дает судьба. Давайте отдохнем и наберемся сил для завтрашнего вечера. Идемте, я покажу вам ваши комнаты.
Молодые люди осторожно, чтобы не разбудить домашних, взяв лампы, поднялись по лестнице на второй этаж. Сеит открыл двери в гостевые спальни и пропустил Михаила и Владимира. Белые вышитые простыни со сладковатым запахом лаванды создавали в комнатах атмосферу покоя.
– Если хотите перед сном помыться, друзья, внизу согрет хамам.
– У меня глаза закрываются, но от турецкой бани отказаться я не могу, – сказал Владимир.
– Мы тоже присоединимся, – сказали остальные.
– Хорошо, встретимся внизу.
Мраморная турецкая парная была размером с большую комнату. В клубах пара виднелись фонтаны-раковины с латунными смесителями для холодной и горячей воды. Блестящие латунные кувшины с чистой водой для омовения стояли по обеим сторонам купальни, а на теплых мраморных полках лежали белоснежные полотенца. Перед каждым фонтаном стояла низкая деревянная скамейка для сидения. Сидеть или лежать можно было даже на мраморном полу, подогреваемом изнутри.
В пузатые мраморные чаши из кранов лилась горячая вода. Лишняя вода стекала на мраморный пол и исчезала. Горячая вода и горячий пол наполнили баню таким густым паром, что юноши с трудом видели друг друга. Тот, кому было слишком жарко, обливался холодной водой, чтобы освежиться.
– Чувствую себя заново родившимся, – сказал Михаил. – Это великое изобретение. Когда-нибудь построю хамам у себя дома.
Владимир лежал на теплом мраморном полу с закрытыми глазами. Сеит тронул его:
– Идем, думаю, тебе будет намного удобнее в постели.
