Тварь издала высокий шипящий звук, в котором странным образом соединились визг человека и зудение насекомого, отступила к дверному проему и бегом скрылась во мраке дыры. Далеко внизу послышалось основательное «бух» упавшего тела, а потом звук легкого скольжения, словно краб закапывался в свою нору.
— Ушел, — сказала Дифин. У нее перехватило горло. — Кусака ушел.
— Господи, — хрипло выговорил Коди. По лицу тек маслянистый пот, и парнишка чувствовал, что близок к обмороку. — Так это был Кусака?
— Это творение Кусаки. Все творения — это Кусака.
Рик отошел и нагнулся над канавой. В желудке бурлило, но наружу не шло. Коди сказал:
— Ты в норме?
Рик сплюнул. Слюна на вкус напоминала аккумуляторную кислоту. Ему удалось выговорить:
— Ага. Я таких уродов каждый день вижу, мужик. А ты нет? — Он выпрямился, вдохнул провонявший горелой резиной воздух и протянул Коди руку. — Пушка. Давай сюда.
Коди отдал револьвер. Рик вскрыл коробку с запасными пулями и перезарядил барабан. Дифин направила фонарик себе в лицо и глядела на свет, пока не ослепла, потом помахала в луче рукой.
— Это фонарик, — объяснил Коди. — Работает от батарейки, как фара в моем моторе.
— Я понимаю принцип. Портативный источник питания, да?
— Точно.
Она кивнула и снова переключила свое внимание на свет. Теперь она уже привыкла к резкому освещению, но когда впервые увидела его — в доме у Джесси, Тома и Рэя — в нем присутствовал пугающе уродливый оттенок, расцветивший лица человеков красками кошмара. Этот жесткий накал очень сильно отличался от мягкого света в культовом доме. Дифин поднесла пальцы к лампочке и почувствовала, как в них проникает колкое тепло — ощущение, на которое человеки, вероятно, обращали мало внимания. — Кусаку прогнало вот это, — сказала она. — Не оружие куркового типа.
— Что? — спросил Коди.
— Кусаку прогнал источник питания, — повторила она. — Фонарик.
— Это же просто свет, вот и все. — Рик протолкнул в барабан последнюю пулю и защелкнул цилиндр. — Никого им не уделаешь.
— Человеков, может быть, нет. Я знаю, что этот источник питания создан для того, чтобы помогать зрительному восприятию человеков, но Кусаку он ослепил. Может быть, причинил при этом физическую боль. Я видела реакцию.
— Да на пули, на пули он среагировал, — втолковывал ей Коди. — Мало я ему зарядов вогнал в поганую башку, что ли! Еще б он не зачесался! — Парнишка не сводил глаз с дверного проема — там на досках крыльца мерцала лужа слизи.
Дифин не отвечала. Какое-то свойство света причиняло Кусаке боль и не влияло на человеков. Может быть, тепло, а может быть, спектр… какое-то свойство физического микровозмущения материи вдоль светящегося луча. Свет, без ведома человеков, был куда более мощным оружием, чем непрочная курковая бабахалка.
— А что значит «творения Кусаки»? — спросил Рик у девчушки. Его уличные интонации исчезли. — Кусака это был или нет?
— И да… и нет, — ответила она. — Оно было сотворено и управлялось Кусакой, но сам Кусака остается под землей.
— Ты хочешь сказать, что Кусака построил эту штуку и сделал ее похожей на миссис Стелленберг? — спросил Коди.
— Да. То, что вы видели — живой механизм. Кусака будет строить то, что потребуется.
— Потребуется? На кой? — Рик щелкнул предохранителем и сунул револьвер за ремень.
— Потребуется, чтобы найти меня, — ответила Дифин. — Для строительства Кусака будет использовать то сырье, какое окажется доступным. Кусака прокапывается под улицами, вылезает в жилищах и собирает сырье.
— Человеческие тела, — сказал Рик.
— Правильно. Когда Кусака завладевает необходимым сырьем, то передает сенсорные сигналы по волокнам, которые связывают его с машинами на межзвездном средстве передвижения. — Она махнула в сторону видневшейся сквозь дымку пирамиды. — Машины выстроены хозяевами Кусаки, они-то и переводят сигналы в физическую реальность. — По бессмысленным взглядам ребят Дифин сообразила, что они ничего не понимают, и еще раз мысленно пробежалась по страницам «Британской энциклопедии». — Как бейсбольный матч по тээ-вээ, — сказала она. — Изображение в своем источнике разнимается на составляющие, которые снова соединяются в конечном пункте. Только Кусака может выбирать, как сочетать сигналы, чтобы создать более сильное и быстрое, чем оригинал, существо.
— Ага, — сказал Коди, начиная понимать. — И более злобное.
— Эти создания питаются жизненной силой Кусаки, — продолжала Дифин. — В сущности, они и есть Кусака, потому что мозг у них один. Как сотня телевизоров в сотне разных комнат, все настроенные на один и тот же бейсбольный матч. Физически Кусака остается под землей, но эти создания позволяют его глазам и мозгу находиться одновременно в разных местах.
— Ты так и не рассказала, зачем ты ему понадобилась, — подогнал Коди.
