– Эта девочка – одна из нас. Ее энергия пробудила меня от долгого сна, стоило ей подняться в мою башню. Я уверена, что в ней течет ведьмовская кровь.
Мэллори посмотрела на Миртл, как на сумасшедшую. У нее и раньше возникали сомнения в ментальной состоятельности приведения, но сейчас ее эксцентричность побила все рекорды. Какая к черту из нее ведьма?!
Блондинка поднялась из кресла и подошла к Мэлл. Она осмотрела ее пристальным, колким взглядом и сказала:
– Я тоже чувствую что-то. Но может быть, просто в ее роду был кто-то из колдунов. Ты что-нибудь знаешь об этом, дитя мое?
Мэллори покачала головой. Дальше бабушки она никого не помнила, а та вряд ли была волшебницей – скорее чудаковатой старушкой с кучей лихих историй из бурной молодости.
– Я не сомневаюсь в своем чутье, Мередит, – твердо сказала Миртл. – В свое время я была председателем ведьмовской комиссии.
– В свое время, – фыркнул в стакан Галлант.
– Попробуй сотворить какое-нибудь волшебство, дитя мое, – Мередит по-матерински улыбнулась и отошла на несколько шагов назад. – Закрой глаза и представь, что-нибудь. Что угодно.
Мэлл состроила скептическую гримаску, но глаза закрыла. Она слышала о том, что иногда крестьянкам, да и дворянкам, приходилось доказывать свою непричастность к колдовству, а вот об обратной ситуации ничего известно не было. Абсурд, да и только.
– Сосредоточься на предмете, о котором думаешь, – раздался голос Мередит. Мэллори представила сочное, алое яблоко у себя в руке. Как его вес давит на ладонь, как гладка его тонкая шкурка, как округлая форма идеально лежит в руке.
Запах и вкус.
Маленькие коричневые семечки в самой сердцевине.
Пальцы начало покалывать. Мэллори удивленно распахнула глаза и посмотрела на свои руки.
– А было так многообещающе, – второй раз закатила глаза Мэдисон и переступила с ноги на ногу. Мередит цыкнула на нее, чем вызвала еще больше раздражения волшебницы.
Руки оказались пусты. Странно, она даже чувствует разочарование – на секунду ей показалось, что у нее получилось…
В раскрытое окно черной тенью влетел ворон и сел на книжную полку.
– Иногда юная ведьма может проявить свои способности только в ситуациях крайней опасности для жизни.
Синевласый демон прислонился к стеллажу и сложил руки на груди.
– Галлант! Я же велел закрыть все окна! – грозно обрушился граф на слугу. Дворецкий сглотнул и виновато пожал плечами. – Пернатым переносчикам заразы тут не место.
– ВорОны и вОроны разные птицы!
– Твое маленькое, никчемное мнение принято к сведению. То есть хочешь сказать, что все это время она жила в моем замке и ничто не угрожало ее жизни настолько, чтобы проявить силы? Ох, прошу, – насмешливо заявил Майкл.
– Может, кое-кто не такой страшный, как ему кажется? – пожал плечами юноша и нагло улыбнулся.
– Можно я уже пойду? Боюсь, как бы всю свинину не съели! – подняла руку полненькая ведьма.
– Ты так никогда себе парня не найдешь, – заметила стройная.
– Любить должны широту души, а не узость задницы.
– Замолчали все! – прикрикнула Мередит. Собравшиеся обратили посмотрели на нее. – Кай прав.
– Когда-то давно существовал обряд инициации. Ведьму, которая долго не могла раскрыть свои способности, подвергали испытанию, чтобы она проявила себя, – загробным тоном произнесла в воцарившейся тишине Миртл. – Это… жестокая проверка, некоторые ведьмы не пережили ее…
Лицо Мэллори вытянулось.
– Тогда решено, – кивнула Мередит.
– Слишком рискованно, – жестко отрезал Майкл. – Насколько мне известно, выживала одна из трех. Я не позволю этого.
– Минутку, – задумчиво подала голос Мэллори. – Вы действительно считаете, что я соглашусь подвергнуть свою жизнь опасности, только чтобы подтвердить или опровергнуть ваши догадки?
– У тебя нет выбора, – ответила Верховная ведьма и с толикой сочувствия посмотрела на нее. – Если не дать твоим силам раскрыться, они убьют тебя изнутри. Разве стоит так рисковать?
Убить?.. Получается, в ней может находиться, а может не находиться смертоносная сила, которая в один прекрасный день рванет наружу? С другой же стороны – опасное испытание, через которое может пройти не каждая ведьма. А можно вернуться к ситуации, где ее единственной проблемой было покушение на шею очаровательным вампиром, на которого рука не поднимается?
***
Позади замка, там, где кончался сад Уныния, раскинулся густой хвойный лес, своей чернотой почти скрывая белеющие вдалеке горные пики. Мэллори никогда не заходила так далеко от деревни. Да и зачем ей было это делать? Горы – суровая местность, не дающая второго шанса. К тому же про Треклятый лес ничего хорошего не молвили. Мэллори стояла на окраине сада, окруженная ведьмами, вампирами и злым духом, готовясь пройти этот путь в одиночку.
Мейв накинула ей на голову алый капюшон и вручила в руки плетеную корзинку, покрытую белым платком. Это было частью испытания – ни в коем случае нельзя заглядывать внутрь, пока не дойдешь до конца. Якобы, так в стародавние времена ведьм проверяли на верность приказам.