Купец поднял брови. Я уже пошел себе к телеге, когда мне в спину прилетело:
— Почему-то мне кажется, юноша, что до твоего дома совсем не два дня пути. Да хранит тебя Аллах, христианин, в долгой и многотрудной твоей дороге…
Лошадь была не запаленная — но явно после скачки.
Какая кобылка! Уж точно не крестьянские и не купеческие рабочие лошадки. И какова всадница! Девчонке было лет четырнадцать-пятнадцать, и она была красива. Настолько красива, что захватывало дух. Рыжая, с кудрями перехваченными шелковым (!!!) платком, совсем не худенькая. С огромными, миндалевидными зелеными, как молодая трава, глазами. Одета она была ДОРОГО. Очень дорого. Пояс узорчатый, сапожки кожаные, кинжал на поясе… Охотница.
— Кузнец! — звонкий, полный жизни голос. Музыкальное, уравновешенное меццо-сопрано. Ой, мамочки. Ой, кажется, я знаю кто это…
— У меня расковалась лошадь! Исправь это! — я понял, что вспотел. И как-то вообще не в себе.
Алиенора — пока еще не Аквитанская. Пока еще не признанная первая красавица Европы. Ключевая фигура столетия. Фигура. Ой, кузнец, держись.
— Угодно ли будет госпоже спешиться? — пажей она, похоже, обогнала. — Если госпожа не сочтет это уроном, я мог бы помочь.
Девица, похоже принципиально никого не ждет. И горе тем, кто опоздал. Она мне даже не ответила — просто легко “выжала” свой вес и спрыгнула мне на руки. Поймал, поставил на землю. Нехотя поставил, чего уж там. Насчет политической не знаю, но вот на ощупь фигура… Э-э-э! Мужик! Очнись! Средние века! Сословия!
В тот момент, когда он подхватил ее, Алиенора вдруг подумала, что стоило дождаться Гийома. Кузнец принял её как пушинку, как падающий цветок — единым гладким движением. Опускаясь на землю она вдруг подумала, что и этот крестьянин — мужчина. Причем очень сильный. Очень. Он поставил ее на землю плавно и легко. Говорил же с ней — скорее как рыцарь, чем как смерд. Не заикался, не краснел, не ждал приказаний. Впрочем — он и не смерд. Он кузнец, он держит в руках оружие и доспехи — наверное каждый день?
Я поклонился и, взяв тряпку, подошел к ее лошади.
— Ну, ну. Давай морду вытрем? Она у меня влажная — тряпица. Я ж не кусаюсь? Давай-ка я тебя немного оботру.
Я, конечно, посматривал — но кобылка вроде радовалась возможности передохнуть и пококетничать.
— Далеко ли тебе, госпожа, скакать до замка? — спросил я, вытирая морду и шею лошади.
— Зачем тебе?
— Чтобы знать, стоит ли ей дать пару глотков воды — или нет.
— Я дам ей отдохнуть. Здесь.
Я отвел кобылку к столбу и накинул повод на крюк.
— Коваться любишь, красотка? А то ты большая, отбиваться не будешь? Нет? А морковку хочешь? Что ты в меня фыркаешь? Сначала коваться…
— Ты со всеми лошадьми так любезничаешь?
— Нет, госпожа, не со всеми.
Лошадь пофыркивала. Начал я с расковавшегося копыта. Девушке минут через пять стало скучно.
— Что это?
— Напильник. Способ почистить края копыта…
— Наш замковый кузнец так не делает.
— Я — делаю, госпожа… Возможно, у него такого просто нет.
Гвозди я поставил летние, подкову даже подгонять не пришлось. Лошадь поглядывала на меня и время от времени дышала в ухо.
— Госпожа Алиенор, госпожа Алиенор! Я нашел вас! С вами все хорошо?
О да-а-а!! “Пала-выра за госпожу”. Офигенная охрана. Парень, да тебе хоть четырнадцать-то есть? То есть конечно, он типа благородный паж, но что-то не кажется это мне существенным.
— Пф! — Девчонка не то, что не ответила — вообще отвернулась. Да, паж. Сегодня мне повезло больше. — Кузнец, а откуда у тебя на-пиль-ник?
— Я его сделал, госпожа. — ответил я, отрезая гвозди. — Когда решил, что он мне пригодится.
— Кузнец, ты должен обращаться к госпоже “Ваше Сиятельство”, и кланяться!
— Это ты определяешь, благородный паж, или все-таки светлая госпожа сама решит — как и кому к ней обращаться?
Вообще-то приемчик грязный. Но ты, паж, первый начал.
— Госпожа, нас ожидают. — сказал сей благородный мальчи… юноша, решив меня игнорировать. — Пора ехать.
Парень, поздравляю, ты тупица. Остается только узнать, под каким предлогом она тут застрянет. Может, подсказать?
— Кузнец, ты умеешь делать оружие? — подсказка не требуется.
— Да, госпожа. Хотя не все виды оружия я могу сделать здесь. Могу кинжал…
— Мне нужен кинжал! Сделай!
— Что госпожа желает — кинжал для праздника, кинжал для боя, кинжал для охоты?
— Хм. А какая разница?
— Кинжал для праздника — блестит и украшен, это к златокузнецу. Кинжал для боя — узкий, прочный, колющий. Есть разница и в заточке. Остальное зависит от твоей привычки. Для охоты требуется клинок пошире, более похожий на нож…
— Сделай охотничий. Прямо сейчас.
— Как скажет госпожа. Но это займет время. Час-два.
— Хочу посмотреть! Полагаю я, что твои умения стоит увидеть.
Четырнадцатилетняя умная, своевольная, здоровая девчонка… Красивая — аж дух захватывает! Да, помоги Господь твоему отцу.
— Но, светлая госпожа Алиенор… — попытался что-то проблеять паж.
— Я желаю! — топнуло солнце наше сапожком. — Не перечь мне, Гийом!
— Как госпожа скажет. — я поклонился, скрыв улыбку. Но за работой я пою странные песни — не оскорбит ли это тебя?
— Пф!
