Папа, — вздохнула Ника. — Кому? Мы резко появились в этом мире все вместе. Ренджи не было. Значит он просто остался там. Некому выкуп платить. Ренджи говорил, что изначально он жил именно там. Возможно, мы больше его не увидим. — закончила Ника и разрыдалась.
Джин поник.
— Я хочу вернуться к ним, Энн. — взмолился я.
— Вернешься и очень скоро.
***
Не знаю сколько я проспал, но видимо много. И знаете что? Мне было хорошо. Очень хорошо. Меня обволакивала теплая нежная энергия Энн. И это было очень приятно.
Я сейчас представляю из себя шар золотой энергии, которая находится в серебристом энергетическом сосуде. Этот сосуд носит с собой Энн, которая тоже не имеет тела, она просто серебристый шар. Вокруг летают другие энергетические шары различных ярких цветов.
— Ну как выспался? Чувствуешь руки и ноги? — поинтересовалась Энн.
— У меня же их нет, как я могу их чувствовать?
Энн заливисто рассмеялась.
— И, кстати, почему у тебя тоже нет тела? Ты и себя убила?
— Нет, конечно. Это моя настоящая форма.
— Так кто же ты?
— Я линея. Как и ты. Точнее, как и будешь ты, когда родишься.
— Что?
— Сейчас все объясню. Существует много различных вселенных и разных существ. Мы линеи. И мы энергия. Помнишь, когда ты стал Ренджи, ты впервые почувствовал энергию. Ты и есть она. Линея не скована ничем физическим. Мы можем летать по космосу, нам для этого не нужны никакие скафандры. Мы можем созидать, мы создаем миры. Мы можем читать мысли.
— Кстати, а почему ты пропала, когда я впервые прочитал твои мысли? — перебил я.
— Потому что ты впервые проявил задатки линеи. А это пока нужно скрывать. Пришлось изображать тебя в другой мечте, чтобы покушались на меня вместо тебя.
— Но кому это нужно?
— Риадам.
— А это еще что?
— Риады — это другие существа, живущие в этой вселенной. Они имеют энергию, поэтому относительно могущественны, по крайней мере по сравнению с человеком, но они скованы физическим телом. Если риада отделится от тела, то она умрет.
— Но почему они пытаются меня убить?
— Если коротко, то потому что говнюки.
— Предпочел бы поподробнее, — язвительно попросил я.
— Риады мечтают избавиться от своей уязвимости. Они хотят иметь возможность существовать без тела. Потому что энергию убить совсем не просто, чего не скажешь о физическом теле.
Риада, конечно, может сменить тело, что они и делают ради вечной жизни. Тело в любом случае дряхлеет и они вынуждены его менять. Но они не умеют созидать, поэтому приходится отнимать чье-то тело.
— Они хотели вселиться в мое тело?! — я был шокирован подобным.
— Нет, они хотели получить твою способность как линеи. Жить без тела. Ты же помнишь, что Судзуки пытался забрать всю твою кровь, не потеряв ни капли. У людей иногда, крайне редко, но все же рождаются те, кто может стать линеей.
Насколько мне известно, какой-то тупой ученый риада решил, что если они достанут зародыша линеи, то он сможет создать эликсир позволяющий им жить без тела. Они хотели тебя не просто убить, а принести в жертву их убогой «науке» и отправить на опыты.
— Вот блин. А почему они не хотят заполучить просто линею?
— Хотят-то они хотят. Но линея им не по зубам.
— А почему ты помогаешь мне?
— Я же не риада. Линея никогда не бросит другую линею в беде.
— А риады своих не спасают разве, — удивился я.
— Однажды одному риаде, — начала свой рассказ Энн. — пришлось переселиться в дерево, потому что рядом не было подходящей цели и возможности ее искать тоже не было.
Особенность риад в том, что они могут вселяться в любое живое физическое существо, даже не разумное, как дерево. Но в этом есть проблема, если они вселились в то, что не может мыслить, то они тоже не могут мыслить. Он вселился в дерево и больше ничего не может, кроме как ждать пока дерево наконец умрет и он с ним. Другие риады могли бы ему помочь переселиться в более подходящее тело. Но не будут. Или еще пример, риаде пришлось поселиться в собаке, так он и гавкал до своей собачьей смерти.
Кстати, про деревянного. Одна недалекая риада поселилась в елке на земле. Потом его срубили на новый год. Другие риады просто ржали, что этот лох помрет обвешанным елочными игрушками.
— Мне это некоторых людей напоминает, — понуро сказал я.
— Ну из некоторых людей получаются риады. Хотя тоже редко. Кстати, о людях. Не хочешь посмотреть на своих родственников?
— Не уверен, — пробормотал я.
Но Энн с огромной скоростью понеслась к земле. Там я увидел странное. Мать и сестра были в горе. Настоящем, я слышал в их мыслях стенания: за что? Ну почему? Вот кретин!
— Опять я виноват, что ли? — спросил я у Энн.
— Ну теперь я виновата, но они об этом не знают. Перед тем как забрать тебя я внушила Джину идею пойти в ювелирный. Он накупил себе аксессуаров на все твои деньги. В его мир я его вернула вместе с приобретениями.
— Как на все деньги? Их же уже куча была?
— Бриллианты крупные очень дорогие. На весь ювелирный у тебя бы денег все равно не хватило.
— Все что у них, — я кивнул на мать и сестру, — осталось от меня — только моя двушка?