В Сталинград 12 августа прибыли уполномоченный Государственного Комитета Обороны, член ГКО, секретарь ЦК ВКП(б) Г. М. Маленков, представитель Ставки [128] – начальник Генерального штаба Красной Армии генерал-полковник А. М. Василевский, представитель Наркомата обороны – начальник бронетанкового управления генерал-полковник бронетанковых войск Я. Н. Федоренко. Тракторному заводу было передано задание ГКО: в оставшиеся до конца августа дни снять с конвейера удвоенное количество танков. Руководство завода разработало максимально уплотненный график выпуска боевых машин. Для его обеспечения оно просило оказать помощь – дать разрешение на использование некоторой части корпусов и моторов подбитых танков из ремонтного фонда военного ведомства. Разрешение было дано. График был утвержден и взят под контроль обкома партии и Военного совета фронта.
За выполнение особого задания ГКО тракторозаводцы принялись с невиданным рвением, темпы сборки танков были значительно повышены. И задание, вначале казавшееся непосильным, было выполнено с превышением. Люди трудились, не жалея сил, движимые одной целью – дать фронту как можно быстрее и больше танков, чтобы остановить фашистских захватчиков, неистово рвущихся к Волге, к Сталинграду. Действенную помощь заводам Сталинграда оказывал заместитель председателя Совнаркома СССР и нарком танковой промышленности В. А. Малышев, прибывший в город 19 августа.
В войсках Сталинградского и Юго-Восточного фронтов периодически находились представители Ставки Верховного Главнокомандования: генерал-полковник А. М. Василевский, заместитель верховного главнокомандующего генерал армии Г. К. Жуков, генерал-полковник артиллерии Н. Н. Воронов. Войска фронта непрестанно получали подкрепление.
Дни июля – августа 1942 г., переполненные тревогами, переживаниями, забыть нельзя. События развертывались, как в калейдоскопе. Районы области, которые вчера были тылом, сегодня становились передним краем битвы. Фронт всей своей тяжестью придвигался к Сталинграду. Из 15 районов Дона к волжским переправам направлялся скот, двигались колонны совхозной и колхозной техники, имущества, обозы с эвакуированным населением. Всю эту громадину надо было ввести в организованное русло, распределить по пунктам переправ, не допустить заторов, паники. На это были брошены силы партийно-советского актива. Мы допоздна засиживались в обкоме, спешили с заданиями в районы пли на заводы, находились [129] на речных пристанях и железнодорожных станциях, организуя продвижение грузов и людей, выступали с политическими докладами, разъясняя обстановку.
А битва на донских и приволжских просторах разгоралась все сильнее и ближе. Вражеский натиск усиливался, становился все более ощутимым. Непрестанно бомбилась линия железной дороги Сталинград – Поворино. Только за 10 дней, с 22 по 31 июля, на участке Качалино – Филонове было произведено 80 групповых налетов вражеской авиации с участием 570 самолетов, сброшено 2800 авиабомб, погибли сотни людей. Линии железной дороги на Тихорецкую и Лихую совсем вышли из строя. Фашистская авиация минировала Волгу, бомбила суда.
Положение Сталинграда изо дня в день осложнялось. Резко сократилось поступление грузов для заводов. Если до этого "Красный Октябрь" ежедневно получал 300-350 вагонов материалов и других грузов, то теперь стал получать едва 50-100 вагонов, а в иные дни – ни одного вагона. Приходилось перетряхивать неприкосновенные запасы, обшаривать склады, станции, забитые вагонами с эвакуированными материалами, отыскивать залежавшееся и пускать в ход.
И в этих, казалось бы, невозможных условиях промышленность города продолжала действовать, став базой непосредственного снабжения фронта вооружением и боеприпасами. Июльскую программу тракторный завод перевыполнил, за что ему было присуждено переходящее знамя Государственного Комитета Обороны. Досрочно он выполнил и особое повышенное задание в августе – дал фронту 390 танков. Надо было видеть, с каким нетерпением принимали новые машины экипажи танкистов! Доносившаяся канонада звала их туда, где кипел бой, где так требовалось подкрепление. На Сталинград с юга наступала 4-я танковая армия генерала Гота. Фашистские "панцирь-части" накатывались волнами, остервенело штурмовали нашу оборону, рвались в город.
"Горяченькими", только что вышедшими из цеха сборки принимали артиллеристы на заводе "Баррикады" пушки. И тут же грузились на площадки и тоже спешили туда, в гул сражений. На завод как-то прибыл заместитель командующего фронтом. Прошел по безлюдному заводскому двору и говорит сопровождавшему его главному металлургу М. М. Струсельбе:
– Да, у вас тут, как на курорте. Знаете ли вы, что [130] вражеские танки уже рвутся в город и мы с трудом сдерживаем наступление?
Но, пройдя по цехам, генерал изменил свое мнение. Он увидел, как напряженно, неотрывно работали люди, и понял, отчего тишина на заводском дворе.