- Она в великой опасности, - заявила Финарра Калату Хастейну.
- Значит, вы что-то знаете о той чужачке?
- Враждебная. Трудно уничтожить. Они могут быть Солтейкенами.
- Из Витра? Вы говорите не об одной - неужели на нас нападают?
- Они идут, - отвечала она. - Желая убивать. Та, которую выследила Фарор, приняла двуногое обличье. Девочки или женщины. Не менее опасна. На берегу... моя лошадь убита.
- Я пошлю отряд по вашим следам, капитан.
- Скажите им... не принимать за мертвое то, что найдут. Глаза могут обманываться.
- Илгаст Ренд займется вами. Вы уснете.
Она попыталась сесть. - Я спала уже слишком долго...
- Вы бредили. Зараза попала в тело через укус голого волка. Он изгонит ее из крови. Если вы не захотите спать, будет сильная боль. Нет доблести в таком терпении.
- Я была неосторожной...
- В вопросах дисциплины решать мне, капитан. Лежите, вам приказывает лорд.
Она послушалась, мельком заметила круглое немолодое лицо Илгаста Ренда, мягкий взгляд. Он возложил мозолистую руку ей на лоб - и темнота затопила всё.
Хунн Раал следил со стороны, стоял скрестив руки и опираясь спиной на прокопченную глиняную стену. Он был пьян, но умеренно - едва кто-либо мог бы заметить - и мысли текли вяло, но были вполне ясными. Рядом Оссерк раскраснелся, возбужденный внезапным появлением потрепанного отряда. Витр - загадка, это верно... но до сих пор он был равнодушным в своей разрушительности, не более злокозненным, нежели зимняя буря или весенний разлив. Если представить море, несущее корабли или что-то иное, услышать тяжелые шаги захватчиков... да, поистине тревожно.
Новая война не нужна. Однако эта возможность являла Хунну Раалу некие преимущества, одновременно наполняя беспокойством. Возрождение Легиона Урусандера. Вторжение даст повод взять оружие в руки, торопливо восстановить в строю ветеранов; возникнет возможность решительного броска, если внутренние дела пойдут худо и потребуется реальная угроза. Разумеется, если с захватчиками достаточно быстро разберутся, но Хунн Раал с неохотой ступал на эту тропу мыслей. Он отлично понимал риск легкомысленности, осознавал, как сладкие, но порожденные личными интересами мечтания могут повредить в столь судьбоносное время.
Он заметил, как внезапно подобрался Калат Хастейн. У командира появилась ясная и срочная причина завершить вялые споры, грозившие на целые дни, если не недели, затянуть в болото всех находящихся в форте. Илгаст Ренд переговаривается с Калатом наедине. Хунн заподозрил в этом измену. Первый сын Хаста Хенаральда стал неотразимо нейтральным, и глазам Хунна Раала это немедленно стало казаться поражением.
Но, честно говоря, у него нет причины для потрясения. В некотором смысле, если хорошенько подумать, он может даже видеть тут победу. Калат женат на командире Легиона Хастов, да, и все знают, что Легион Хастов принадлежит Матери Тьме, там все ее дети.
Найдутся выходцы из знати, готовые противостоять возвышению Урусандера, но без Легиона Хастов за спиной они едва ли смогут составить угрозу силам Урусандера. Дом-клинки все как один великолепны в бою, но их слишком мало. Воля семи тысяч солдат, преданных одному делу, приведет Лорда Урусандера в объятия Матери Тьмы, и если по пути придется переступить через пару сотен дом-клинков... что же, будет отличное предупреждение прочим знатным фамилиям.
- Как тревожно, - пробормотал Оссерк. - Хунн Раал, ты видел этот Витр самолично?
Хунн покачал головой.- Говорят, это всепожирающее море.
- Какие захватчики могут оттуда явиться? Солтейкены... может, это родичи Джелеков, принимающих форму огромных волков?
- Вскоре мы узнаем.
Оссерк склонился ближе. - Дурное время выбрано. Нужно отступиться...
- Отнюдь, - резко возразил Хунн Раал. - Во всем этом даже есть нужный потенциал. Солдаты в отставке получат новые должности - да, я готов предсказать твою новую миссию. Мы поскачем в Харкенас с вестью о новой угрозе. Точнее, я поскачу. Тебе же лучше вернуться к отцу, подготовив его к неизбежному возвращению к службе по приказу самой Матери.
Оссерк нахмурился. - Он может отказаться.
- Не откажется, - уверил Хунн Раал. - Твой отец сознает долг.
- Он может обязать меня занять свое место.
