Он ткнул пальцем в ближайшего сервитора и указал на подставку на колёсиках с запасными частями и инструментами у основания лесов:
– Ты, иди и принеси пневматический молот.
Сервитор принёс искомый инструмент, а затем снова занял место точно в метре от Эмиля.
– Теперь убери это с моего корабля, – приказал он, указав на мерцающий символ Механикус на люке. Череп с зубчатой шестерёнкой располагался в самом центре люка, полностью закрыв клеймо ремесленника.
– Требуется разъяснение, – произнёс сервитор. – Что вы желаете удалить?
– Символ Механикус. Удали его.
– Не могу выполнить, – ответил сервитор. – Прежде чем этот раб приступит к удалению/стиранию символа Механикус, требуется специальное разрешение от техножреца уровня Лямба-Тертий или выше.
– Трон, твои чёртовы Механикус вообще знают что-нибудь о том, почему космические корабли летают? – разозлился Эмиль. – Дай мне пневматический молот.
Сервитор протянул инструмент, и Эмиль вырвал его из расслабленных пальцев. Он наклонился над люком и тремя резкими ударами пневматического молота сбил серебристо-стальной символ на палубу.
– Как новенький, – сказал он, держа молот за спиной и убирая свободной рукой металлическую стружку. Кто-то вырвал у него молот, а затем из-за спины донёсся грубый голос:
– Вот почему работу стоит доверять людям, которые понимают, что делают.
– Плохая примета перекрывать клеймо оригинального производителя, – ответил Эмиль, выпрямившись.
Каирн Силквуд, технопровидец “Ренарда”, посмотрела на сбитую им эмблему и согласно кивнула. Она провела рукой по неровной металлической конструкции, которую Эмиль только что очистил от символа Механикус.
– Хорошая работа, – сказала она. – Тонкая.
– Ты – технопровидец, что ты знаешь о тонкой работе?
– По-видимому, больше, чем ты, – ответила Силквуд. Соперничество между пилотом и мастером корабельных двигателей началось давно. Первый пытался выжать максимум из двигателей, вторая пыталась помешать ему их взорвать.
В облегающем жилете и кителе Каирн Силквуд воплощала собой технопровидца до мозга костей. Узелки связующих имплантатов протянулись по её выбритому черепу металлическими косичками, а загорелое лицо светилось сдержанным превосходством. Некогда желтовато-коричневый просторный рабочий комбинезон стал синевато-серым и насквозь промасленным, и был заправлен в армейские ботинки, зашнурованные в кадианском стиле.
– Как идут дела? – спросила она.
– Несмотря на несколько случаев полного идиотизма, не так плохо, как я ожидал, – ответил Эмиль, спускаясь по корпусу в яму под носом, где искры от дуговой сварки и лазерных резаков сыпались неоновым синим дождём. Силквуд держалась рядом, машинально подстроившись к его походке. Двое сервиторов послушно следовали за ними.
– Похоже, жрецы “Сперанцы” и в самом деле знают, что делают, – сказал Эмиль, проводя руками вдоль тёплого корпуса “Ренарда”. – Повреждённые листы отремонтировали в носовых кузницах магоса Тарентека, фронтальные системы ауспика демонтировали и заменили, и я вижу, что укрепили поперечные инертные шпангоуты. Скорее всего, добавили несколько ненужных модификаций, но со временем я найду их, когда снова сяду за штурвал.
– Неплохо, – сказала Силквуд. – Совсем неплохо.
– Они закончили в двигательных отсеках?
Каирн кивнула:
– Да, хотя не слишком и много надо было сделать, а Иланна оставила достаточно подробные инструкции. Но я запретила им делать что-то, если меня нет рядом. Если бы у нас за штурвалом был нормальный пилот, то я могла бы предположить увеличение максимальной скорости “Ренарда” и производительности реакторов на десять процентов.
– Тогда у меня будет пятнадцать.
– Ты думаешь?
– Спорим на смену на погрузчиках?
Они плюнули на ладони и хлопнули по рукам.
– Вот увидишь, я заставлю свой корабль выделывать такие вещи, о которых его создатели и мечтать не могли.
– Свой корабль? – усмехнулась Каирн. – Полагаю, капитану найдётся, что сказать на выбор такого слова.
Эмиль усмехнулся в ответ:
– Робаута здесь нет. И не он управляет кораблём, а я. По-моему, это делает “Ренард” моим.
Каирн явно собиралась оспорить вышесказанное, но прежде чем она успела сделать больше, чем выгнуть бровь, они услышали испуганный вопль от входа в ремонтный док.
– Какого чёрта? – произнесла Каирн, положив руку на убранный в кобуру лазерный пистолет. – Это – Виталий Тихон?
– Похоже, – согласился Эмиль, подняв руку, чтобы прикрыть глаза от яркого освещения палубы. – Думаю, он ранен.
Виталий, пошатываясь, направился к “Ренарду”. Его одежда ниже груди была залита кровью. У жрецов Механикус так много крови внутри?
– Это не его кровь, – сказала Каирн, пока Виталий наполовину бежал наполовину, пошатываясь, направлялся к ним. Он что-то кричал, но слова были слишком пронизанными горем и страданиями, чтобы разобрать.
– Тогда чья это кровь? – спросил Эмиль.
Кузня “Электрус” оказалась совсем не тем, что представлял Авреем, когда Тота Мю-32 сказал, что он должен стать учеником магоса из Культа Механикус. Он представлял высокие машины и оглушительный непрерывный грохот мощного оборудования.
Место, где делали вещи, высвобождая технологию.
