Но я отчетливо видел: обида и недоумение не покинули собеседника. Хотя на самом деле расстраиваться стоило бы мне — организация, с помощью которой я, было, понадеялся вернуть смартфон, а затем спасти Россию от череды репрессий и ужасов войны, повела себя как минимум непрофессионально. Мелькнула догадка: «должно быть у капитана своих денег куры не клюют, вот и не потребовал больше!». Как-то бы его расспросить поаккуратнее, не выказывая себя шпионом?
— Кстати, давно мечтаю разузнать подробности вашего дела в Петербурге…
— Ох, ну, конечно же! — наконец-то лицо капитана украсила довольная улыбка.
Да он же ждал подобного вопроса, не иначе давно похвастаться хотел! Выходит, я совершенно напрасно опасался проявлять лишний интерес к его «военной тайне».
— В ту ночь мы перешли черту жизни и смерти, — начал Виктор без всякой раскачки, — граница на перешейке проходит по речке Сестра, она неглубокая, но быстрая и холодная, с неровным, устланным острыми и скользкими камнями дном, да ты сам же знаешь, каково оно в наших местах! Нам было жутко и в то же время как-то смешно при мысли о том, что еще вчера мы ходили по улицам европейского города и ездили в такси, а сейчас крадемся по лесным дебрям как майнридовские охотники за черепами, сиуксы или гуроны…*****
В несомненном таланте Ларионова как рассказчика я уже имел возможность убедиться. Но тут он перекладывал действие в слова явно не в первый и даже не второй раз, поэтому картины происходящего разворачивались передо мной в деталях, как живые. Не прошло и десятка минут, как от ужаса и непонимания у меня буквально начали шевелиться волосы.
Вроде бы к услугам господ белогвардейцев имелись все возможности: реальный боевой опыт, причем как личный, так и соратников-однополчан, консультации советских перебежчиков, финских охотников, скаутов и пограничников, а также магазины и мастерские, где несложно купить, подогнать, изготовить буквально все, что пожелает душа. Однако в рейд они пошли без всяких документов! Ну ладно, не получилось сделать качественную подделку, способную выдержать беглую проверку чекистами, странно для такой солидной структуры, как РОВС, но бывает. Однако неужели так сложно для колхозников и постовых дуболомов соорудить полдюжины справок, заверив их придуманными печатями артели балалаечников-маркшейдеров с Вышнего Волочка?
Случайный недосмотр? Да как бы не так! Подобный уровень прослеживается буквально во всем. Проработка легенды? Справились блестяще: «если что не так — стреляем да бежим». Питание? Как у девочек на пикнике: «захватили немного бутербродов и шоколадку». Средства против собак? «Надеялись на проводника». Компас? «Взял один, но потерял в первый день, пришлось для обратной дороги покупать новый в Ленинграде». Взаимопомощь? «Переходили по скользкому бревну, Дима упал, хорошо, что в тину, а не на камни». Единообразное, мощное оружие? Как без него: «маузер, наган и парабеллум». Дисциплина? Нет, не слышали: «На привале Сергей играл с револьвером и случайно спустил курок, но повезло, патрон оказался испорченным». Плакать тут или смеяться?
Подготовка места и времени теракта восхитительна: добрались до Ленинграда и принялись читать газетную тумбу на предмет подходящего сборища коммунистов. Но зачем?! Советская пресса в Хельсинки при наличии денег и времени вполне доступна. Город на Неве участникам перфоманса знаком с пеленок, большевики еще ничего не успели в нем перестроить. Почему не наметить полдюжины целей заранее и ударить сразу, «с колес»? Нет, господам эмигрантам больше по душе жить на острове в болоте и чуть не неделю таскаться на пригородном поезде в туда и обратно, в три сытые капиталистические ряхи слоняться по улицам с оружием без документов, толкаться в трамвае, как будто в триэсэрии запретили извозчиков, покупать еду, спиртное «от страха», да еще вполне закономерно встретить школьного приятеля (а ныне красного командира).
Но, самое важное, не вызывает ни малейшего понимания и симпатии цель. Надо же догадаться ударить в муниципальное заседание «по вопросу о снижении цен»! Хорошо хоть не убили никого. Простых парней и девчонок с верой в светлое будущее и партбилетом в кармане «у генсека много». Если хочешь справедливости и реального эффекта — кидай бомбы в секретарей ЦК, благо обком ВКП(б) покуда в подполье не ушел. Обычные-то люди в чем провинились?
Что в сухом остатке? Непрерывный аттракцион «слабоумие и отвага»!
Немыслимое, выходящее за рамки здравого смысла везение или… талантливая подстава ГПУ?! Какая разница! На два, нет, на три порядка безопаснее идти в Петербург одному, чем воспользоваться помощью господина капитана. Именно господина — рассматривать как друга и будущего партнера эдакого авантюриста я более не в состоянии.
