Мизуки скривилась. Если она еще раз услышит слово, хотя бы отдаленно напоминающее «вероятность», она начнет швыряться предметами. Если она найдет, чем швырнуться, потому что пока что она не заметила ни одной мелкой детали интерьера, которая могла бы служить украшением. Такое ощущение, что эти инопланетяне сплошь минималисты, поскольку в их комнатах не было ничего лишнего: столы, стулья, экраны – и все.
Девушка оторвала взгляд от стены с экранами и только сейчас заметила, что у одного из них стоит еще один инопланетянин. На нем были свободные серые одежды, и он задумчиво смотрел на тот самый экран, на котором Мизуки заметила пейзаж Фориса. Сейчас картинка менялась с бешеной скоростью, но девушка была готова поклясться, что она узнавала места, показанные на нем.
Мизуки в очередной раз подавила желание устроить всплеск эмоций. Раз уж она очутилась здесь, ей нужно прекратить вести себя столь импульсивно. Инна бы на ее месте наверняка спокойно попыталась бы узнать необходимую информацию. Вот и ей нужно поступить так же.
– Вы – Андмор? – спросила она.
Инопланетянин любовался экраном так, как любуются произведением искусства, изготовленным века назад. Мизуки сделала шаг в сторону, чтобы увидеть его лицо, и поняла, что на нем застыло выражение «Да, прекрасно, но оно так устарело, что мне невообразимо скучно, и смотрю я на это только потому, что хочу сойти за человека из высшего общества». Девушку он, как, похоже, и все остальные на этой планете или где там она очутилась, демонстративно не замечал.
– Тиртен, оставьте нас. Ждите в коридоре.
Тиртен кивнул и, привычно вытянув руки вперед, исчез. Мизуки уже ничему не удивлялась. Так и не завладев вниманием инопланетянина, она принялась прогуливаться вдоль стены, разглядывая мониторы. Иногда ей казалось, что картинки на них менялись, едва девушка бросала на них взгляд. Как ни странно, это завораживало, и она даже всерьез увлеклась созерцанием огромного существа, чем-то напоминающего земного слона, только с множеством ног и глаз, медленно переступающего по дороге из голубых драгоценных камней. Завороженная этим зрелищем, Мизуки не сразу обнаружила, что ее внимание к образу перенесло его с экрана в саму комнату. Слон уже возвышался над ней, а она стояла как будто рядом с ним, раскрыв рот и не понимая, как это произошло.
– Да, я Андмор, – неожиданно ответил ей инопланетянин, отчего она вздрогнула, и картина вокруг нее развеялась.
Теперь он смотрел прямо на нее с нескрываемым любопытством. Мизуки сдержанно кивнула:
– Где я?
– Мой ответ тебе ничего не объяснит, потому что ты находишься в системе, неизвестной вашей расе, – голос Андмора оказался выразительнее голосов остальных. – Думаю, гораздо больше тут подойдет вот какое объяснение: ты в квантовой реальности.
Возможно, Инна и знала, что такое квантовая реальность, но Мизуки это сочетание ничего не говорило. Однако она не спешила показывать свое невежество, интуитивно ощущая, что любое проявление глупости вновь отобьет у инопланетянина желание с ней общаться.
– И зачем я здесь? – немного подумав, спросила Мизуки.
– Мы уже очень давно наблюдаем за вашей планетой, – сказал Андмор. – Она нас, скажем так, беспокоит. Видишь ли, ваши предки подошли слишком близко к нашей системе и могли обнаружить нас. Мы не могли этого допустить. Именно поэтому нам пришлось устроить ту катастрофу, лишившую вас корабля и множества развитых технологий.
Услышав это, Мизуки забыла о том, что пыталась сохранить хладнокровие, и вскричала:
– Так это были вы! Да как вы посмели запереть нас на этой планете!
Андмор снова повернулся к мониторам и принялся любоваться бескрайней гладью лилового озера на одном из них. Потом картинка вновь начала меняться. Мизуки подумала, что каналы можно листать силой мысли, но не это сейчас ее волновало. Мысль о том, что виновник их заключения стоит прямо перед ней, заставляла вскипеть все ее внутренности, но инопланетянина не волновал ее праведный гнев. Судя по всему, его гораздо больше интересовали интеллект и знания. Вспомнив отца своей подруги, она вдруг подумала о том, что он идеально впишется в подобное общество. Кстати, о нем.
– Павел Рябинин тоже здесь? – спросила Мизуки.
На этот раз Андмор ответил:
– Да. Он здесь.
– Зачем вы его похитили? – не подумав, выпалила Мизуки.
Андмор с толикой недовольства покачал головой:
– «Похитили» – звучит так, как будто ты нас осуждаешь.
– Я осуждаю.
– Не стоит. Все равно твое мнение нас не очень волнует. Нас интересуешь ты как интересный феномен, а не как судья наших действий.
– Феномен, – усмехнулась Мизуки. – Вы живете в квантовой реальности, перелистываете каналы усилием воли, переходите из одной комнаты в другую без помощи дверей – и после этого называете меня феноменом?
– Твое умение перемещаться между вероятностями поразительно, – в голосе Андмора послышалось восхищение.
– Я не перемещаюсь между вероятностями. Я даже не знаю, что это значит.
