Так, показывая все свои самые худшие качества ночью, мой разум возвращался ко мне днем и однажды я поехал к Мглистым Горам, чтобы шаман освободил меня от этого амулета. Ведь как только наступала ночь я словно оборотень уже не контролировал себя. Но шаман сказал, что есть только один способ избавиться от амулета. Покинуть свое тело. Потому что чертов артефакт привязывается к физической материи и как бы я не хотел, Квист все равно всегда будет стремиться вновь завладеть им.
Я согласился. Я нахожусь в таком отчаянии…Что больше не могу смотреть на лица тех, кого убивает по ночам моя темная сторона. И если ничего не получится сегодня, я повешусь. Я больше не хочу так жить — быть заложником своего собственного тела. Но если теперь ты держишь это письмо, значит у нас получилось, но Квист все равно нашел способ вернуться к амулету.
Если так произошло, то единственное, что ты можешь сделать — убить себя. Других шансов нет. Прости меня, за то, что я отнял твою жизнь. Но это было слишком тяжело. Умирать сам я тоже не хочу.»
Я рассмеялся, смял письмо и выкинул в мусорный бак неподалеку. Квист решил избавиться от амулета и теперь сдохнет от рака легких в моем теле. Вот это ирония!
— Я ухожу, — сказал я девчонке.
— Куда?
— Мне нужно в квартал мертвецов.
— Возьмешь меня с собой? — эльфийка посмотрела на меня жалостливым взглядом.
Я задумался. Нужна ли мне помощь той, что пыталась меня убить. Хотя, с другой стороны, на моей шее сейчас висел амулет и мне было так все равно.
Мы с маленькой эльфийкой прятались за небольшим холмом на другом берегу от Острова Синих Птиц. С той стороны Соленой Реки были слышны выстрелы, в небе над островом мелькали яркие вспышки. Похоже, что там шли ожесточенные бои с надеждой подавить превосходящую численность восставших мертвецов.
— Я видела по телику, что на острове есть зараженные, которые жрут других существ. Мне ужасно хочется посмотреть на них своими глазами. А особенно на то, как они разрывают на части кого-нибудь, — заявила Лана, смотря на блокпост, расположенный на единственном мосту, ведущему из этой части Грогховерполиса.
— Я с удовольствием покажу тебе что там, — я сделал вид, что поверил в отсутствие других целей у маленькой чертовки. — Мне как раз нужно спасти одну особу, на которую у меня есть кое-какие планы.
— Тогда предлагаю не терять времени. Только…как мы пройдем мимо тех орков?
Я еще не придумал план и поэтому молча вглядывался в сотню препятствий, разделяющих меня и Ласковую Тень.
— Я могу им внушить перестрелять друг друга… — предложила девчонка.
— Их там слишком много. Ты скажешь парочке поднять бунт, а остальные сто пятьдесят военных в одну секунду лишат их жизней. Здесь нужен план получше…
Эльфийка задумалась.
— Можем переплыть через реку! — очередная идея возникла в ее голове и мне снова пришлось осадить дьяволицу.
— Во-первых, нам вряд ли хватит сил переплыть на ту сторону, а во-вторых, вертолеты, которые летают над островом и водой, не дадут нам это сделать.
Она посмотрела на небо и раздосадовано хмыкнула. Десятки прожекторов освещали местность вокруг, пытаясь предотвратить побег мертвецов с острова.
— Тогда используй силу медальона!
Мне пришлось вопросительно посмотреть на нее.
— Как использовать?
— Он же защитный! Давай угоним машину помощнее и протараним ворота! Вонючие орки не смогут нам ничего сделать, — она возбужденно вскочила на ножки, а ее глаза загорелись красными огоньками в ночи.
— Ты скажешь мне как его активировать? — неуверенно спросил я, сам не понимая почему иду на все это. Мертвецы вырвутся наружу и тогда ад ждет весь Грогховерполис! Но мне было все равно. Амулет обладал действительно мощной силой.
— Надо будет просто произнести «защити меня» на старо-эльфийском.
— Что? Откуда ты все это знаешь в своем возрасте? — я был не уверен, можно ли доверять Лане.
Она подозрительно посмотрела на меня, и я тут же добавил:
— Возможно ты упоминала об этом, но я запамятовал.
Девчонка хихикнула.
— Что?
— Ничего, — она снова хихикнула. — Просто ты не Квист.
Я промолчал.
— Я догадалась об этом, когда ты сначала не надевал амулет, а потом очень легко согласился нацепить его. Прежний Квист надел бы его сразу. Говорят желание слишком сильное.
— Тем лучше. Теперь я могу спрашивать у тебя все напрямую и не прикидываться мудаком, — медальон на моей груди дрогнул.
— Такой Квист мне всегда нравился больше слабохарактерного тюфяка, — оценила мою решимость приемная дочь.
Я поднялся с влажной травы на ноги, закинул рюкзак на плечо и направился в сторону видневшейся недалеко стоянки. Лана пошла следом.
— Откуда ты все-таки знаешь про всю эту магию в своем возрасте. Я не из вашего мира, поэтому можешь начинать сначала.
— Ну, ночь только началась, значит я могу отвечать на твои детские вопросы, и мы даже не упустим время, — она по-взрослому выдохнула, — По меркам эльфов я ребёнок. Мне всего сто четырнадцать лет.
Я нахмурил брови.
