Когда я вошла в огромнейший актовый зал, выкрашенный в белые тона, он был ещё ярко освещён. Когда начнётся собственно дискотека, опустят полумрак. Но пока его нет, и часть прожекторов направлена на сцену, где перед тяжёлыми алыми шторами стояли микрофонные стойки и какие-то мужички, точно муравьи, сновали туда-сюда, проверяя аппаратуру. По самому залу чинно прохаживались нанятые специально для такого празднества официанты в белых пиджаках. В руках они держали подносы, заставленные бокалами разнообразнейших видов сока. Ну, как обычно на светских приёмах, только без шампанского.
Приятно удивило отсутствие младших групп. Наконец-то хоть на один праздник им устроили отдельный утренник!
Что же до меня, то я чувствовала себя полнейшей дурой. Ну, может и не дурой, конечно, а вот глупо и неуютно — это да. Я была не такая, как кочевавший вокруг меня по залу пёстрый народ. Здесь все были в самых разнообразных костюмах: феи, трупы, вампиры, герои комиксов, принцессы… Одну знакомую принцессу, я, кстати, повстречала — Мажуа, как Вы, быть может, догадались. Красивое у неё платье. Голубой шёлк, глубокий вырез… Цвет только холодный, как и её глаза. Странно, Эдуарда с ней нет. Может, его не будет совсем?
Удушив этот панический страх в зародыше, я медленно двинулась дальше, съедаемая горьким разочарованием: привлекательней, чем душка Мэж, мне не быть никогда. У неё это в крови, а я, как говорила Ким, «безнадёжный парень!.. не девушка а парень в женском теле!!!», какое отражение мне зеркало б не показывало. Угу, простая и точная истина.
Горестно вздохнув, я, как это обычно делается, пошла к бару, где по праздникам всегда имелась разнообразнейшая коллекция безалкогольных напитков, начиная от банального чая и заканчивая смесью экзотических соков. И всё на халяву. Представляю, как раскошелился мистер Джоунз, директор нашего приюта…
Ага, вот и знакомые лица!
За стойкой бара сидела невозмутимая Киара и потягивала тёмно-красную жидкость, похожую на кровь, но являвшуюся, скорее всего, гранатовым соком. Сегодня моя сестра, как Вы знаете, стройная очаровательная ведьма. Джо явил собой два контраста, облачившись в древнерусскую одежду воина времён князя Игоря: рубаха, кольчуга, сапоги… Не отходя от принятого имиджа, темнокожий парень пил квас и обсуждал с моей сестрой особенности засолки огурцов. Ага… Господи! Это Никита в костюме гладиатора: кирасе, древнеримской юбке, сандалиях
— положив шлем себе на колени, преспокойно тянет холодную колу?!. А что, ему очень даже идёт! С его-то мускулатурой… Рядом с Тигром очень собранно пил чай Майк в чисто английском костюме времён эдак Первой Мировой и с котелком на голове. В разговоре с барменом бритоголовый парень то и дело сверкал острыми вампирскими клыками.
Слушайте, а ведь классные у них прикидики!
Видимо, у меня тоже, так как все трое парней, едва только завидев меня, игриво мне подмигнули. Усиленно глотая хохот, я прошла мимо них поближе к сцене. Настроение у меня заметно приподнялось. Ещё бы! Ведь если уж Круг Поединков, пусть даже в неполном составе, не смог узнать меня, то с Эдуардом такой номер тоже вполне пройдёт. Осталось только найти этого самого Эдуарда… Ну ничего, сейчас мистер Джоунз будет толкать речь, раздавая, как всегда, грамоты победителям в различного рода номинациях, и я готова биться об заклад, что белокурый парень хотя бы раз, но поднимется на эту сцену.
Итак, директор Киндервуда уже стоит на сцене и проверяет микрофон. Судя по лицам окружающих меня людей, они ожидают долгую нудную речь, как и на всех остальных праздниках. Ну почему в нашем мире так мало хороших ораторов? А те, которые есть, не попали численностью хотя бы в одну штуку к нам в приют? Очень мне сейчас улыбается слушать усыпляющий монолог…
Но его не последовало. Мистер Джоунз неожиданно кратко поздравил всех присутствующих с праздником, пожелал удачи и бурного веселья в эту ночь. Шквал аплодисментов наполнил зал до самого потолка. Я тоже отчаянно хлопала: это был неожиданный сюрприз — отсутствие длинной речи.
Переждав немного, директор приюта попросил тишины и сказал, что в этом году победителей во всех номинациях объявит Мажуа Армстронг. И пока девушка, широко улыбаясь, поднималась на сцену, я внимательно смотрела на мистера Джоунза. Вообще-то он — высокий смуглый мужчина с квадратным лицом и пронзительными глазами, всегда безупречно одетый и такой невозмутимый, что хоть головой об стенку бейся. Но сегодня его взгляд лихорадочно бегал по толпе, словно кого-то выискивал. Мне стало по-настоящему интересно, кого именно: чёрные глаза так ни на ком и не остановились. Быть может, это произошло бы потом, но тут к директору подошла Мэж, поблагодарила его и всех присутствующих, после чего провозгласила начало праздника. Мистер Джоунз тем временем тихонько удалился со сцены, а я совсем забыло об охватившем его внезапно беспокойстве и прислушалась к словам Мажуа.