– И все же, Лу, нельзя быть полностью уверенной в том, что ты беременна, пока ты не сделаешь тесты. Возможно, у тебя просто задержка месячных из-за гормонального расстройства. Помнишь, однажды со мной было нечто подобное? Тогда я тоже решила, что беременна. Я потратила на тест семь фунтов девяносто девять гиней, а на следующий день дела начались. Погоди, сейчас откроется магазин, пойдем, купим тест…
Луиза встала и начала расхаживать по комнате.
– Я знаю, что беременна, – сказала она. – О боже, что мне теперь делать!
Я следила за тем, как она нервно ходит из угла в угол, и представляла, что внутри Луизы находится сейчас крохотное существо. Я чувствовала, что нас теперь разделяет огромная пропасть. Луиза находилась в том состоянии, которое мне было неведомо. Я испытывала противоречивые чувства. Мне хотелось, чтобы она вернулась назад, ко мне, чтобы ее опасения оказались напрасными, но в то же время у меня было желание подержать на руках ее младенца.
– Роберт наверняка захочет, чтобы ты сохранила ребенка.
Луиза остановилась и с отчаянием взглянула на меня.
– Он не от Роберта! Я не спала с Робертом! – воскликнула она и снова зашагала по комнате.
О, нет! Неужели она забеременела от Невилла, владельца газетных киосков? У него уже куча детей!
– Но почему вы не предохранялись, Луиза? Как можно быть такой беспечной!
Луиза упала на кровать и разрыдалась.
Я легла рядом и, обняв ее, пыталась разобрать, что она бормочет, уткнувшись лицом в подушку.
– Этот ублюдок сказал мне, что ему сделали вазэктомию.
Я приняла две таблетки против головной боли и принесла Луизе кофе в спальню. Она лежала на кровати с закрытыми глазами, накрывшись пуховым одеялом. Ее волосы были разбросаны по подушке. Я поставила кружку рядом с ней на ночной столик и легла. Уже рассвело, за окном пели птицы. Я чувствовала себя разбитой.
– Кофе стынет, – сказала я, пригубив свою кружку.
Луиза что-то пробормотала в полусне.
– Все будет хорошо, я уверена в этом, – сказала я. – Ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь. Ты – моя лучшая подруга, Лу. Я люблю тебя.
Она откатилась от меня на край кровати.
– От тебя несет, как от винной бочки, – пробормотала Луиза и заснула.
Меня разбудил телефонный звонок.
– Я беспокоюсь о тебе, – услышала я в трубке тихий голос Джульетты. – Как ты себя чувствуешь?
– Плохо. Ты мешаешь мне спать.
– У тебя депрессия и поэтому ты не можешь встать с постели?
– Нет, я валяюсь в постели, потому что у меня страшное похмелье и мне хочется сдохнуть. Дай мне выспаться, Джульетта, позже я перезвоню тебе.
Я дала отбой, положила телефон на ночной столик и снова уткнулась лицом в подушку. И тут я вспомнила о Луизе.
Подняв голову, я увидела, что ее нет рядом. Смятая постель, подушка, на которой только что кто-то лежал… У меня сжалось сердце. Впервые после нашего разрыва с Мартином кровать выглядела так, словно он спал рядом и только что встал с нее.
Поднявшись с постели и надев халат, я поклялась себе больше никогда не напиваться. Как оказалось, «Кьянти» дает такое же похмелье, как и другие вина. Обойдя весь дом и заглянув в ванную, я убедилась, что Луиза ушла, а у меня ужасный помятый вид.
Войдя на кухню, я поставила чайник и села у окна, чувствуя, как к горлу подкатывает комок тошноты. И только тут я заметила лежавшую на столе записку. «Отправилась навстречу музыке. P. S. Я тоже люблю тебя».
– Твоя сестра вчера вечером вела себя очень забавно, – сказала Соня, позвонившая, чтобы узнать, как я чувствую себя с похмелья. – Кстати, представляешь, Ровена утверждает, что Луиза ждет ребенка. Как у нее дела с Робертом? Она вчера была не очень-то разговорчива.
Мне не хотелось отвечать на вопрос Сони. Я раз десять звонила Луизе, но слышала только голос, записанный на автоответчик. Я убеждала себя, что это все от обезвоживания и от гормонального всплеска перед месячными, но мое воображение рисовало жуткую картину: Луиза во всем признается Роберту и тот убьет ее на месте. Нет, Роберт – человек тихий, уравновешенный, на людей не кидается – но сколько раз я читала в газетах статьи о жестокости влюбленных психопатов.
Я постаралась поскорее отделаться от Сони, потому что с нетерпением ждала звонка Луизы, которой могла потребоваться моя помощь. Но в это воскресенье все знакомые словно сговорились и решили целый день донимать меня разговорами по телефону. Вскоре после Сони мне позвонила Ровена. Ей тоже не терпелось узнать подробности о личной жизни Луизы и выяснить, действительно ли она забеременела. Затем Ровена попыталась внушить мне мысль о том, что Джульетте пора вернуться на работу. Эту тему я тоже не желала с ней обсуждать.
– Ты же знаешь эти государственные ведомства, – промолвила я, не скрывая скуки, которую вызывал у меня этот разговор, – их служащие могут болеть месяцами, и никто им слова не скажет.
– Но если она так неважно себя чувствует, то, может быть, стоит обратиться за медицинской помощью к хорошему специалисту…