– Прости меня, сынок. Я очень люблю тебя и желаю, чтобы ты был счастлив в жизни и прожил ее достойно.
– Могу я тебя попросить хотя бы об одном?
– Да.
– Обними меня, пожалуйста, чтобы я мог почувствовать твое тепло и любовь.
Герда стояла в нерешительности. Хоть и понимала, что это ее сын, но не совсем была уверена в этом. Страх и недоверие были лучшими ее союзниками.
– Хорошо, – тем не менее сказала она через силу.
Кай это почувствовал и снова ощутил невероятную боль. Герда подошла к нему и обняла его. Вер снова почувствовал ее дистанцию и страх. Но, тем не менее, прижал ее к себе. Она отстранилась.
– Обними еще раз меня – младенца.
– Хорошо, – сейчас Герда с меньшим страхом взяла на руки своего малыша и обняла его. Потом вернула в кроватку. Слезы покатились, и она, застыдившись их, отправилась прочь.
Кай провожал ее взглядом. Пульсация в районе солнечного сплетения не проходила ни на минуту. Ребенок в кроватке, который и так лежал беспокойно, теперь уже громко плакал. Герда постаралась незамеченной быстро скрыться. У Кая остался неприятный осадок от встречи, и пульсирующая боль в животе никак не проходила. Все же ему было нестерпимо жаль, что невозможно повлиять на свою мать и изменить ее отношение. Но здесь он был не властен. Мы можем изменить себя и свою жизнь, но влиять на окружающих не можем никак. Это уже не наша ответственность. Можно лишь трансформировать свое отношение к происходящему, смириться с болью и научиться жить с ней, с минимальными эмоциональными потерями для себя.
Герду эта встреча вывела из равновесия и заставила засомневаться в своем решении. Она еще долго думала. Но тяга в космос была очень сильной. Скорее всего, это была бессознательная тяга назад, в утробу своей матери, и потребность в слиянии, которую она не смогла пересилить. Вера была слабая. Силен был страх перед неопределенностью будущего и необходимостью жить. Чувство вины и стыда поглощало ее. Может, это была всего лишь ее фантазия и какой-то сон? Она не могла поверить, что этот мужчина на самом деле был ее сыном из будущего, и все то, о чем он говорил, действительно является правдой, а не вымыслом. В это тоже было сложно поверить. Она заболела и пролежала с температурой неизвестный период времени. Когда очнулась, то ничего существенно не изменилось в ее жизни, чувства безысходности и бессилия все так же накрывали ее. И все же Герда передумала выходить в открытый космос. Она стала навещать своего малыша и все чаще уделять ему внимание, больше, чем другим, клонированным, детям. Однажды ее заметили. Ее поведение вызвало подозрение и различные домыслы. Адима пригласила ее к себе на разговор.
– Герда, добрый день! – приветствовала она ее.
– Да, здравствуй, – покорно ответила Герда, опустив глаза.
– Уже ни для кого не секрет, что ты родила ребенка и поместила его в инкубатор со всеми другими клонами.
– Да, это так, все верно. Но не забирайте его у меня. У меня было видение, что он взрослый пришел ко мне. Он попросил не бросать его.
– А ты хотела его бросить?
– Да, моему поведению нет прощения, и я готова понести наказание.
– С чего ты взяла, что тебя надо наказывать?
– Потому что я не следовала правилам и сохранила свою репродуктивную функцию, родила ребенка. Я понимаю, что смена системы не позволит такой поступок. Но, прошу вас, сохраните жизнь Каю и уберегите его от зла. Заберите мою жизнь.
– Герда, что у тебя за фантазии? С чего ты взяла, что кто-то будет забирать твою жизнь или жизнь ребенка? Да, это нарушает правила и ход эволюции. Но раз так случилось, значит, это должно было быть и случиться. Вероятно, это будет способствовать развитию.
– А тогда могу я его забрать из инкубатора, чтобы он был со мной? Я вдруг поняла, что не могу оставлять его там одного. И он так просил меня не бросать его.
– В смысле – просил? Маленький?
– Нет. Я ж говорю, у меня было видение, что он пришел ко мне, взрослый, и попросил не бросать его одного. Что это больно для него.
– А вы хотели его бросить?
– Да, я ж оставила его, – Герда скрыла, что планировала выйти в открытый космос и остаться там навсегда.
– А что за видение? – Адима задумалась.
Эксперименты с кватро были только идеями и догадками. Возможно, в будущем эти предположения осуществились, думала Адима про себя. Значит, тем более нельзя позволить этой юной женщине оставить ребенка. Адима внутри, конечно, злилась на Герду, но старалась сдержаться.
– Вот такой был, как реальный мужчина, и разговаривал со мной.
– Что он сказал?
– Что он из будущего, и что они, то есть вы, сейчас живете вечно, имплантируете в тела клонов свой нейроскан.
– Да, очень похоже на правду. Пока что эти темы у нас в проекте и даже в бредовых фантазиях. Но, чем черт ни шутит? Интересно очень. Вот что я тебе скажу, девочка. Забирай своего сына и расти его. Люби и воспитывай. Но никому ни слова. Это должно остаться тайной. Твой ребенок должен вырасти, как и другие клоны. И сам он до поры до времени не должен знать, что он живорожденный.
