Я пожал плечами. А что мне волноваться? Это тебе нужно волноваться, потому что у вас там не все гладко получается, если мурыжите меня вот уже который час. Сняв салфетку, я обнаружил на продолговатой салатнице двух небольших омаров. Мне приходилось всего лишь один раз пробовать этот деликатес, но я еще тогда обратил внимание на их более вытянутые, чем у речных раков, четырехугольные клешни. Те, которые взялись за меня, не поскупились на театральный реквизит, снабдив пляжную забегаловку всем этим.
Я сделал глоток из стакана, закусив долькой лимона, и решил приналечь на буженину, оставив омаров на закуску. И в этот момент от компании поднялся самый молодой из них, подошел к моему столику, зацепив ногою по пути дюралевый стул, и без всякой интонации в голосе произнес:
– Я тоже раков хочу.
И направился к стойке. Бармен как раз вышел в подсобное помещение.
– Не шуми, Витек! – крикнул старший товарищ, – раков, что ли, давно не ел? На губах от них мозоли.
– Нет, хочу!
На крик вышел бармен и, стянув воротник штормовки на шее у Витька, как удавку, зашипел ему на ухо:
– Тихо ты… А то задушу! Сядь и не рыпайся!
Пацан сразу сник и поплелся к своим собутыльникам, которые сидели за пустыми стаканами, как манекены.
Я сделал еще один глоток из стакана и отломил клешню у омара. Расщепив ее, вытащил розоватую мякоть. Она была жестче, чем у рака, да и привкус не тот. Нет, в пресноводных пространствах для живности больше питательных веществ, чем в море.
«Ну и как?»
Ожил мой «шептун».
– Дело вкуса, – отвечаю я, – но раки лучше и привычнее. Не так ли?
Ведущий не прореагировал на мой вопрос, и я остался в неведении, слышит он меня или нет. Хотя зачем ему это? Главное – чтобы я выполнял команды, как дрессированная мартышка, от которой не требуется умения пререкаться с хозяином.
«У нас еще есть время. Так что не торопись. А чтобы не скучно было, послушай запись, которая будет тебе интересной».
Небольшая пауза, щелчок клавиши и раздалось, как показалось, из левого наушника:
*… на привокзальной площади. Приготовиться первой камере*
*Джинсы перекрыты сейчас путепроводом*
*Начинай снимать от киосков*
*Понял*
Не нужно было иметь семь пядей во лбу, чтобы догадаться – мне прокручивают запись хода операции со сторон «наших». Джинсы – это я.
*Сидоркин, узнай в таксопарке о водителе*
*Записал номер такси*
*К джинсам подошла цыганка*
*Второй! Тебе должно быть виднее, что происходит?*
*По-видимому, он покупает у нее сигареты*
*По-видимому или точно?*
*Точно*
*Первая камера: веду съемку*
*Взять под контроль цыганку, но задерживать только по команде*
*Еще один таксист. Парень просит прикурить*
*Джинсы идут к центральному входу*
*Что у второй камеры?*
*Нормально*
Запись прокручивали в сжатом и сокращенном виде. Успели отредактировать.
Я почти разделался с первым омаром. Его оболочка, потерявшая форму, лежала в салатнице и напоминала обломки потерпевшего аварию неземного летательного аппарата. (Неплохая метафора, не правда ли? Нужно будет ее запомнить и втиснуть в какой-нибудь очерк. Прав был один, если не ошибаюсь, поляк, который сказал, что небольшая доза алкоголя способствует рождению неординарных мыслей, сравнений…)
Но я, кажется, отвлекся. Это потому, что в предоставленной ведущим информации не было для меня новизны: я будто слушал второй раз подряд одну и ту же радиопостановку.
«Что, скучно?»
Вмешался мой ведущий в правый наушник, но я промолчал, зная, что он меня не слышит.
«Сейчас будет повеселее».
Чтобы я отличал живую речь от записи, ведущий включил левый наушник, где производилась ускоренная перемотка. Щелчок и поехали!
*Вторая камера, в чем дело?*
*Заело!*
*Что заело?*
*Да камеру, что же еще!*
*Черт! А тот, что делает?*
*Открыл ячейку и что-то берет*
*Что берет?*
*Не вижу: далеко слишком*
*У тебя же оптика!*
*Так ее и заело. Шторку заклинило. Может, Федорчука направить ближе?*
*Отставить! У него физиономия, как у Дзержинского. Вмиг засветит*
Итак, значит, заело. Поэтому и не заметили мои телохранители, что темные очки я вытащил из ячейки камеры хранения, а не из кармана куртки. А если бы и заметили, то нужно было еще догадаться о встроенных наушниках… Но у Зотова не было очков, а он так же четко выполнял команды, как и я. Скорее всего, заставили воткнуть затычку с электронной начинкой в ухо, для этого и посылали в туалет.
Запись прервалась, и с минуту было слышно, как ускоренно перематывалась лента. Я допил коньяк, заел остатком лимона и приступил ко второму омару. Зачем разыгрывать из себя аристократа и оставлять его нетронутым лишь потому, что к этому блюду не были поданы специальные щипцы. Дело, я вижу, затягивается и надолго, иначе меня не стали бы подкармливать за «казенный» счет.
*Джинсы спускаются ко второму причалу*
Ну и кличку мне дали! А в сочетании со словом «спускаются» вообще юмор получается: будто в самих джинсах никого не было.
*Не исключена переправа*
*Поднимайте вертолет, а в Слободе… да там и так наших полно*
Мой «шептун» настроил свой канал в эфире:
«Через минуту включаю прямую связь с местом событий».
