А знал он не так уж и много. Только то, что его родственник Яннис с семьёй завтра утром собираются бежать с Кипра на рыболовном судне их другого общего родственника. И плыть они намерены в Грецию. Откуда конкретно они намерены отплыть, Демис не знал, его такие подробности не интересовали.
Он действительно не знал, это видели и Лео, и Кайман. Парня трясло от боли и страха, он и рад бы рассказать больше – если бы знал.
– Ну что, в расход его? – деловито уточнил Лео, утратив к плачущему мальчишке интерес. – А что с роднёй делать будем?
– Вы ж обещали семью не трогать! – взвыл Демис и попытался наброситься на Лео, но тот ленивым пинком вернул парня в исходную позицию:
– Никто тебе ничего не обещал, это ты клянчил.
Он явно собирался добить Демиса, но окрик босса на этот раз достиг цели, ввинтившись в ухо:
– Стоп! Хватит! Его – в подвал. Вдруг пригодится ещё. Семью не трогать.
– Спасибо! – всхлипнул Демис.
Кайман, не обращая больше на него внимания, поднялся с кресла:
– Лео, передай всем – сбор в шесть утра.
– Пойдём на перехват Янниса?
– Что-то мне подсказывает, – усмехнулся Кайман, – что не только Янниса. Думаю, на том рыболовном корыте улов покрупнее найдётся.
Алина смотрела на медленно удаляющийся берег и не могла понять, что она чувствует, покидая Кипр, остров, ставший для неё и кошмаром, и счастьем?
Горечь? Сожаление? Тоску по навсегда утраченному?
Нет. Может быть, потом, позже, когда всё останется позади, к ней и заглянут посумерничать все эти чувства.
Сейчас, в эти минуты, Алина страстно желала только одного – поскорее уплыть, убежать отсюда, оказаться в безопасности.
И обнять маму.
– Иди в каюту, замёрзнешь ведь, – на палубу вышел Алекс, с момента отплытия находившийся в рубке управления – ему было спокойнее, когда всё под контролем.
Алина улыбнулась:
– Не замёрзну, не волнуйтесь. По погоде апрель на Кипре – это июнь у нас дома.
– Похоже, июнь у вас тоже прохладный, вон, колотит всю, – проворчал Михаил, появившийся из камбуза с кружкой, над которой пар косплеил утренний туман. – Вот, кофе сварил, пей. – В другой руке доктора обнаружился бутерброд. – И ешь.
– Мне не хочется, честно! – Алине реально было не до еды, тревога почему-то усилилась – вместо того, чтобы растаять вместе со скрывшейся полоской берега. – И трясёт меня не от холода, просто…
Алекс неловко приобнял девушку:
– Не переживай, теперь всё будет хорошо.
– Вот именно – не переживай, ребёнку это не нравится, – Михаил почти силком вручил кружку и бутерброд Алине. – Зато подкрепиться малыш как раз не прочь, это я тебе как врач говорю.
Алина намеревалась позавтракать прямо здесь, на свежем воздухе, но Алекс не позволил. Снова приобнял за плечи, но на этот раз был более настойчивым – повёл с палубы, приговаривая:
– Ну зачем же есть стоя, ты не лошадь. Да и ветрено здесь.
Несмотря на вроде бы спокойный и даже весёлый тон Агеластоса, Алина напряглась и попыталась остановиться, но Алекс не позволил, он ускорился, практически тащил за собой девушку. Кофе расплескался, бутерброд выпал из руки.
Соркин, явно ничего не понимая, растеряно произнёс:
– Алекс, что происходит?
Алина снова попыталась остановиться:
– Пусти! Я не кукла, не надо меня тащить!
Алекс обернулся к Соркину:
– Миша, помоги! Отведи её к остальным и присмотри за всеми. Проследи, чтобы никто на палубу не выходил.
Кивком головы указал куда-то за спину Михаила. Тот обернулся и невольно пошатнулся, ухватившись за борт. Алина посмотрела туда же и, словно разом утратив все силы, буквально повисла на руке Агеластоса, еле слышно прошептав:
– Вот и всё…
– Ничего не всё! – рявкнул Алекс. – Миша, чего застыл? Шевелись! На тебе женщины и дети. Я в рубку, к Яннису. Посмотрим, на что способно это корыто. Кстати, за собаками тоже присмотри.
– Куда ж без них, – проворчал опомнившийся доктор Соркин.
Бережно перехватил Алину и повёл её с палубы, стараясь не смотреть в сторону моря, где показались несколько пока трудно опознаваемых, но слишком целеустремлённо направляющихся к ним точек.
Алекс помчался в рубку, там, ничего не объясняя, оттеснил Янниса от штурвала и первым делом заложил довольно рискованный вираж, поваливший на пол всё, что было не закреплено – включая Янниса.
– Ты с ума сошёл? – прокряхтел тот, поднимаясь.
– Прибавь ход до максимально возможного, – велел Алекс, выравнивая судно.
– У нас проблемы? – моментально напрягся Яннис, выполняя распоряжение.
– Твой родственник знал о планах вашей семьи?
– Демис? Да, но только когда и куда. О старом причале – нет.
– Когда знаешь время и направление, этого достаточно. Нас нашли.
Грусть и сожаление, взявшись за руки, переглянулись и тяжело вздохнули – что ж, они знали, что долго гостить в душе этого человека вряд ли получится, слишком тут темно и грязно. Светлым чувствам не за что зацепиться, не на чем удержаться.
Странно, как они вообще там оказались, А оказавшись, попытались хоть немного очистить душу от годами копившейся грязи. У них даже что-то начало получаться, но…
