Пацан в упор выстрелил в Федора. Потом нацелился на Тома, но тот успел вскочить и выбить пистолет из его рук. Том сделал рывок, чтобы сбить пацана с ног, но тут же потерял сознание. Кто-то сзади ударил его куском арматуры по голове.
Том очнулся в больнице на улице Мира. В палате было светло. Белые простыни укрывали больничные койки. Солнце светило в окно. Он не понимал, где находится. Голова раскалывалась, не было сил встать с кровати. Он хотел дотянуться рукой до тумбочки в надежде, что там его телефон, но голова закружилась, а на руке зашевелились трубки с какой-то жидкостью. За дверью он начал улавливать знакомый, слегка резонирующий, мужской голос – это был Руслан. В дверь постучали.
– О, старичок. Ты проснулся. Как самочувствие? – спросил Руслан, зайдя в комнату.
– Бывало и лучше. Я, так понимаю, в больнице?
– Да. Тебя здорово вырубили на реке, ударив сзади по голове. Ты получил сотрясение. Поэтому сейчас просто лежи и отдыхай.
– Фёдор! Что с ним?
– Он получил резиновую пулю в плечо – настоящее боевое ранение, – засмеялся Руслан. – Всё нормально, жить будет. Я его уже навестил, подбодрил, хотя это было излишне. Он теперь чувствует себя настоящим героем. Его переполняют эмоции, и он снова готов идти искать злоумышленников.
– Ух… Отлично. Получилось поймать отморозков?
– Да! По горячим следам. Это оказались два подростка из неблагополучных семей, фанаты Маркуса. Сколотили плот, сделали букву «М», подожгли её и пустили по течению, чтобы пугать народ. Засняли на видео и собирались кинуть «утку» в СМИ для массовости.
– Видимо здесь, как и в терроризме, главное совершить психологическую атаку – запугать людей, вызвать страх. А потом они ловят кайф от этого. Так, что ли, получается?
– Я думаю, отчасти. Видишь ли, ребята обрели кумира. Но, к сожалению, они выбрали не самого лучшего кандидата. Им по шестнадцать лет – ещё совсем юные и глупые. Эта парочка давно стоит на учёте в детской комнате полиции. Но, не переживай, получат сполна.
– Я и не переживаю.
После недолгой паузы Руслан продолжил:
– Да, кстати, звонила Саша. Я ей всё рассказал. Сейчас она где-то в суде. Как освободится, обещала навестить.
– Да я уже готов ехать домой, – сказал Том и попробовал привстать с кровати, но голова резко закружилась, и Руслан его аккуратно уложил обратно.
– Дружище, тебе нанесли удар металлическим предметом по голове – это серьёзно. Не торопись. Полежи здесь. За тобой посмотрят, покормят. Завтра постараюсь тебя снова навестить. А там посмотрим. Договорились?
– Ладно.
– Вот и славно. А сейчас мне пора на работу. Твой телефон на тумбочке. Если что – звони.
– Спасибо, Рус.
Руслан ушёл, закрыв за собой дверь, а Том остался лежать на койке, наблюдать за солнечными зайчиками на потолке и думать о Саше. В палату зашла буфетчица и предложила пообедать, но Том отказался и заснул.
***
Александра вышла из дубненского городского суда. Судья отложил слушание дела на неделю. Состояние у неё было немного потерянное и грустное. Она взяла в руки смартфон и вызвала такси до больницы, где лежал Том. Она не стала ему звонить, поскольку опасалась его разбудить. При входе она надела бахилы, поднялась на второй этаж и пошла по длинному коридору в палату 210.
– Привет, покалеченный, – сказала Александра, зайдя в палату и увидев, что Том не спит.
– Привет, свет очей моих. Как ты? – он обрадовался её приходу, но не вставал с кровати, чтобы не вызвать приступ тошноты от головокружения.
– Я в порядке. Ты как? Голова кружится?
– Уже лучше. Иду на поправку, – сказал Том и посмотрел в грустные глаза Саши. – У тебя точно всё в порядке? Неприятности в суде?
– Том… Мне кажется, нам лучше разойтись.
Это прозвучало как гром среди ясного неба. Пульс Тома забился так сильно, что даже отдавал в ушах.
– Я уже галлюцинации ловлю? Прости, что ты сейчас сказала?
– Ты всё верно услышал.
– Но почему?
– Я не могу связывать свою жизнь с человеком, который постоянно подвергает себя риску. Это вечные переживания. Я забыла, каково это – спокойно спать, есть, работать. Мне нужно спокойствие, Том. Я хочу обычную семью без всяких передряг, в которые ты последнее время попадаешь. Я устала от этого всего…
– Саш, и ты меня пойми. Я не специально иду на этот риск – так складываются обстоятельства. И я не буду спокоен, пока убийца моего брата гуляет на свободе. Преступник лишил его детства, первого поцелуя, любимой девушки, университета, семьи – он отнял у него всю жизнь. Я этого так не смогу оставить. Надеюсь, ты поймёшь.
– Прости, Том. Я не готова… – сказала Александра, поднялась с кровати, по щекам ее потекли слёзы. Она отвернулась от Тома и ушла, бросив дверь открытой.
Том остался наедине с самим собой. Его одолевали отчаяние и ненависть. Именно сейчас больше всех он ненавидел себя. Он понимал, что ненависть слишком часто провоцирует людей на ошибки. В данный момент он не имел права совершить ни одной.
