Ийлуры стояли рядом, плечо к плечу, и она ощущала тепло крепкого, сильного тела. Даже в длинном кафтане, без оружия Дар-Теен все равно не был похож на обычного горожанина, оставаясь воином.
Дар-Теен вдруг резко повернулся. Глаза лихорадочно блестят, и на лице – боль, мгновенно отозвавшаяся под сердцем Эристо-Вет.
«Ничего, это пройдет», – она выдержала тяжелый взгляд ийлура. А тот, помолчав, спросил:
– Почему?
«Почему?!! И ты еще спрашиваешь, почему? Ты же видишь, что мы одинаковые, и равны друг другу во всем, и потому просто не можем быть вместе!» – кричала в душе Эристо-Вет. А вслух, деревянными губами, она произнесла:
– Я тебя не люблю больше.
Дар-Теен вздрогнул. Потом вдруг засмеялся – как ийлур, стоящий на краю жизни и у которого в Эртинойсе не осталось ничего, что могло бы его задержать.
– Ты лжешь, Эристо. Впрочем… – его лоб пересекла глубокая складка, которая так и не разгладилась с той ночи, – впрочем, решать тебе. Но я… всегда буду…
Внезапно он замолчал. И, не прощаясь, ушел в ночь, растворился среди серебряной листвы и мелких жемчужин цветущего жасмина. А у Эристо-Вет появилось чувство нависшей беды.
«Да нет же, все правильно», – она поймала себя на том, что оправдывается перед самой собой, – «я смогу жить только с мужчиной, который будем во всем превосходить меня. И только так».
…Задыхаясь от быстрого бега, хватая ртом ставший вдруг горьким воздух, Эристо-Вет схватила бронзовый молоток и что есть мочи заколотила в парадную дверь.
– Откройте! Открывайте, скорее!
Тишина.
Эристо-Вет набрала полные легкие воздуха.
– Господин Мееталь! Господин…
Покрытая затейливой резьбой дверь отворилась столь внезапно, что едва не стукнула ийлуру по лбу – благо, что хранительница успела отскочить.
– Господин Мееталь!
И прикусила губу, потому что на пороге стоял отнюдь не тот, кто был нужен.
«Неужели уехал? Или, того хуже, отправился в сумеречные сады?!!»
Она в отчаянии воззрилась на открывшего дверь элеана – молодого, с глазами цвета аместиста на пол-лица. Алый халат с вышитыми по вороту птицами скорее всего подбирался с умыслом – гармонично оттенить иссиня-черные волосы, заплетенные в три замысловатые косы (как и положено элеанам из клана лекарей), а заодно и подчеркнуть молочную белизну кожи.
– Э… – ийлура кое-как одернула куртку, провела рукой по волосам, приглаживая растрепавшуюся косу. Наверное, в глазах столь блистательного элеана она выглядела сущей оборванкой, попрошайкой, а то и вовсе воровкой, которую стоит прогнать взашей – но еще лучше просто вызвать стражей, чтобы отправили куда положено. В городскую тюрьму, то есть.
– Я слушаю вас, уважаемая, – мягко сказал мужчина.
Эристо-Вет невольно принюхалась – пахло от него жасмином. Наверняка этот красавчик не пренебрегал умащиванием своего благородного тела разного рода маслами.
– П-простите… Я… верно, я ошиблась, – ийлура предприняла еще одну попытку отбросить со лба синие пряди. – Но разве не здесь живет господин Мееталь?
Элеан с искренним сожалением смотрел на нее.
– Господин Мееталь уже год как пребывает в сумерках. Но, если вы знали его… Быть может, я могу чем-нибудь помочь?
– Мне нужен лекарь. – Эристо-Вет воспряла духом. Трясущимися руками отцепила от пояса кошель с золотом и протянула его элеану, – вы лекарь, господин?..
– Вееталь, – сдержано улыбнулся тот, – я племянник Мееталя. И, как видите, приехал, дабы занять его место в достойном городе Хатране.
Он взял кошель, взвесил его на ладони – «Покровители, какие у него красивые пальцы!» – а затем вновь уставился на Эристо-Вет, которая под пристальным аметистовым взглядом опять почувствовала себя не в своей тарелке.
– Что случилось?..
– Меня зовут Эристо, – представилась ийлура, – и мой товарищ… опасно ранен. Похоже, что яд проник в рану. Вы можете послать слуг с носилками?
А сама подумала – чего он медлит? И это в то время, когда дорог каждый миг?!!
– Нужно торопиться, – она выразительно глянула на пребывающего в задумчивости лекаря, – если мы хотим застать моего друга живым.
Эристо-Вет уже ни на что не надеялась. Процедура одевания лекаря заняла никак не меньше часа: мучительный выбор мантии, более подходящей к случаю, затем – сборы лекарской сумки… На то, чтобы снарядить слуг с носилками, времени потребовалось менее всего.
Но Дар-Теен их дождался. Там же, где его и оставила Эристо-Вет – позеленевший и с опухшим лицом он по-прежнему сидел, опираясь спиной на ограду. Вокруг помаленьку собирались любопытные; из обрывков разговоров Эристо-Вет поняла, что уже послали за городской стражей.
– Пропустите, пропустите же! – работая локтями, она прорвалась к ийлуру, бухнулась на колени – они тут же отозвались едкой, вышибающей слезы болью – и сунула пальцы под оплывший подбородок. Биение пульса, хоть и слабенькое, все еще прослушивалось.
«Только не умирай. Только не теперь, когда помощь так близка!»
– Спасибо, что подождал, – пробормотала ийлура. Глаза щипало, она вытерла их тыльной стороной ладони и обернулась к нависающему над ними Вееталю.
– Что это с ним? – спокойно поинтересовался лекарь.
Эристо-Вет так и вскипела.
