Тут «Синее Пламя» заметил странное металлическое шарообразное сооружение, с одного края которого располагалась топка, куда чумазые мускулистые слуги кидали уголь из большой кучи.
— А это что? — Удивленно поинтересовался он, глядя на струи пара выходящие из вершины шара.
— О! Это наше особенное изобретение! — Радостно возвестил декан факультета Общей Магии огня, так же ответственный за детское отделение — худой бородач за пятьдесят, с добрым, чуть придурковатым лицом.
Мордред хмыкнул.
— Ну, вернее, не наше, — Неуверенно улыбнулся бородач, — Заказали у гартарудов, их инженер иногда приходит сюда обслуживать агрегат, правда, для этого приходится делать тут похолоднее — похоже, рогачи не сильно любят наш жар.
— И как действует? — Магистр подошел к небольшому иллюминатору, расположенному в конструкции на уровне глаз.
— Там пар, его плотность и температуру можно легко контролировать рычажками, вот с той стороны, — Светился гордостью декан, — Это устройство должно ускорить и сделать более контролируемым процесс познания силы.
— Сомнительно… — Начал было Мордред, тут в иллюминатор влепилась детская пятерня, оставляя отпечаток на запотевшем стекле, «Твою мать!», магистр отпрянул и схватился за рукоять своего Раскаленного Клинка — полуторника в лакированных красных ножнах, увитого цепями и украшенного пульсирующими рубинами. Детская рука принялась панически колотить в стекло, сотрясая поверхность иллюминатора, стук-стук-стук, из последних сил.
— Ох, — Расцвел бородач, — похоже, юный Марти не выдержал. Томас. — Обратился он к одному из кочегаров, — Выпусти, пожалуйста, ученика.
Рассматривая тщедушного пятилетку, в полубессознательном состоянии, с кожей красной, почти сваренной, извлеченного из механизма, «Синее Пламя» подумал: «Технология на службе магии, мне это нравится, рогачи сами делают нас сильнее».
— Думаю, надо доработать, — Заметил декан.
— Да, — Согласился Мордред, — Но задел на будущее есть. Пришлите мне потом отчет о результатах испытания. Обязательно со статистикой смертей. Если будет удовлетворительной, в других школах тоже введем ваш агрегат. Как вы его, кстати, назвали?
— Адская душегубка. — Потупился бородач.
— Подходяще, — Улыбнулся Мордред.
В одной из аудиторий для лабораторных работ, группа учеников факультета Бытовой Магии работала с фокусами. Магия являлась продуктом заимствования энергии из непредметного мира, в мир предметный, эту энергию образующий. Понять этот постулат Носителю Короны Вечного Костра в свое время было сложнее, чем научиться творить заклинания. Для выплеска в мир предметный магической энергии, требовался фокус — как правило, предмет, имеющий отношение к образованию нужной магической энергии. Для Школы огня это было пламя. Ученики в аудитории, под надзором суровой преподавательницы среднего возраста, сидели за партами, и держали в руках кто факел, кто свечку, кто масляную лампу. Пытались творить заклинания, передавая энергию через свое тело, и концентрируя ее при помощи таких незамысловатых фокусов. Важным было так же не переборщить — человеческое тело, особенно нетренированное, способно было вместить ограниченное количество энергии, если в пространстве вокруг, или в самом фокусе, энергию не только направляющем, но и создающем, ее оказывалось слишком много, то магу грозили серьезные неприятности — физические и психические травмы.
Так, например, у одного из студентов, сидевших друг от друга на почтительном расстоянии, державшего крупный масляный факел, похоже произошло переполнение. Изо рта у него, обжигая язык и внутренности вырвалось материализованное пламя, а из носа хлынула кровь. Под дружный смех коллег слуги вывели его из зала, поддерживая под руки.
— Какие награды лучшим в этом году? — Поинтересовался Мордред у декана Факультета Бытовой Огненной Магии, невысокой, полноватой женщины в шелках, золоте и самоцветах.
— Три рубиновых перстня, а отличившемуся — жезл с огненным камнем, — Почтительно ответила она.
— Богатеем. — Улыбнулся «Синее Пламя». Речь шла о так называемых «спецфокусах» — артефактах, где сущность огня (и вообще любой магической стихии или основы) была посредством сложных манипуляций, доступных опытным артифисерам (они редко при этом являются магами) и подходящих ингредиентов, заключена в неактивной форме, пригодной для долгого использования. Если факел вырабатывал свой ресурс после десятка заклятий, свечи хватало на три-четыре, а спички на одно и слабое, то спецфокус, в виде, например, рубинового кольца с красным золотом, правильно сработанного, позволял произвести сотню-две манипуляций, после чего активный элемент (в данном случае рубин) разрушался.
Эти артефакты были достаточно редки и ценны — ибо делали их в основном не маги, а колдуны и артифисеры, реже зельевары (алхимики). Собственным, почти неисчерпаемым, стоящим как небольшой дворец, фокусом Мордреда, были его латные перчатки и легендарный Раскаленный Клинок, бесценный, ибо его ресурсы не смогло исчерпать уже шестое поколение Носителей.