– В таком случае, ты можешь понять, почему я не думаю, будто Кеттариец будет потрясен известием о том, что я все еще жив. В глубине души он на это даже надеется. Высунуть свой любопытный нос из норы и посмотреть, что я сумею предпринять в совершенно безвыходной ситуации, – развлечение как раз по нему. Что касается меня, такой подход к делу мне только на руку.
– Мне тоже, – улыбнулся я. – Знаете, Лойсо, все это действительно чертовски интересно, но мне совершенно не подходит здешний климат. Наверное, я все-таки воспользуюсь вашим советом и начну спускаться с холма. Могу себе представить, в каком состоянии я проснусь после такого-то отдыха!
– Иди, конечно, – согласился он. – Еще увидимся.
– Это приглашение или предупреждение?
Честно говоря, я уже был в полуобморочном состоянии. На ноги поднялся только благодаря собственному ослиному упрямству: уж очень не хотелось просить сэра Лойсо Пондохву взять меня на ручки и отнести туда, куда мне положено было попасть. Он мне чертовски понравился, а это означало, что в его присутствии я буду выпендриваться и распускать хвост – любой ценой.
– Это и приглашение, и предупреждение, – согласился Лойсо. – Но вряд ли мне придется прикладывать какие-то титанические усилия, чтобы снова заполучить тебя в гости. Твой любопытный нос высовывается из норы еще охотнее, чем нос твоего опекуна. Все-таки ты пока еще только лисенок.
– Ваша правда, – кивнул я. – Кстати, что касается следующего раза… Попробуйте прикинуться какой-нибудь недоступной красоткой из моих юношеских грез. Думаю, в закоулках моей памяти найдется немало чудесных образов. Вдруг вы мне еще больше понравитесь? Все может быть.
Я начинал откровенно хамить – верный признак того, что мне совсем уж хреново.
– И пробовать бесполезно, – невозмутимо ответил Лойсо. – Себя ты любишь больше, чем кого бы то ни было.
– Экая я скотина, – фыркнул я, делая первый неуверенный шаг вниз по склону холма. – Хвала Аллаху, что у меня вполне симпатичная рожа. Надеюсь, вам было не очень противно иметь ее на своем лице?
У меня кружилась голова, я шатался как пьяный, да и соображал не лучше.
– Кто такой этот «аллах», которому ты возносишь хвалу? – удивленно крикнул мне вслед Великий Магистр Лойсо Пондохва.
Забавно – точно так же в свое время нечаянно упомянутый мною Аллах заинтересовал его дочку. Но я не смог ответить: мне стало смешно, а смех отнял последние силы. В глазах окончательно потемнело, но я продолжал идти вниз по склону холма, пока не упал и не покатился вниз, судорожно цепляясь за колючие хрупкие стебли выгоревшей травы.
И с облегчением вдохнул первый глоток нормального прохладного воздуха. Хвала всем, кому за это причитается хоть какая-нибудь хвала: я мирно лежал под одеялом в полутемной спальне Теххи, и она сама тихонько посапывала рядом, так что все было просто замечательно.
Я посмотрел в окно. Солнце только-только успело появиться на небе. По всему выходило, что я проспал никак не больше часа, вот уж не подумал бы. Потом я посмотрел на свои руки. На ладонях розовели свежие царапины. Я только что заработал их во сне, пытаясь вцепиться в колючие сухие пучки травы. При этом царапины были самые настоящие.
А чего, собственно, я ожидал? Что моя встреча с Лойсо была одним из тех снов, который можно обсудить со своим психоаналитиком и благополучно забыть?
Я сердито спрятал под одеяло вещественные доказательства моего в высшей степени романтического путешествия, а потом снова опустил голову на подушку – теперь уже на свою. После небольшой, но поучительной прогулки по личному аду Великого Магистра Лойсо Пондохвы я чувствовал себя совершенно разбитым, и теперь нужно было начинать все сначала: постараться выспаться так, словно бы я только что вернулся домой после очень тяжелого дежурства.
В каком-то смысле так оно и было.
Я действительно задремал. На этот раз вообще без каких бы то ни было сновидений – оно и к лучшему! Поспать мне удалось не так уж и много, но когда меня разбудило нежное и немного нерешительное прикосновение Теххи, я понял, что чувствую себя просто великолепно. И еще я понял, что мне здорово не хочется, чтобы она узнала о моем свидании с ее невероятным папочкой. И уж тем более мне не хочется, чтобы Теххи была в курсе, что сэр Лойсо Пондохва вторгся в мои сновидения именно после того, как я положил голову на ее подушку. Теххи и без того всю жизнь приходилось расхлебывать последствия своего странного родства, только моих дурацких проблем ей не хватало! Моя история была хороша разве что для Джуффина – для него, и ни для кого другого.
Я внимательно посмотрел в ее спокойные, еще сонные глаза и прислушался к тихому перестуку своих сердец. Загадочные мышцы лениво гнали кровь по артериям и не собирались морочить мне голову мрачными предчувствиями. С Теххи все было ясно, она понятия не имела о моей встрече с Лойсо. Тем лучше. У меня были отличные планы на это утро.
