– Спасибо, Макс. Это очень великодушное предложение. И очень своевременное, – кивнул он.
Шепотом, чтобы не мешать выступлению очередного мэтра столичной поэзии, мы поблагодарили Андэ, пожелали хорошей ночи сидящему по соседству сэру Скалдуару и покинули «Трехрогую луну».
– Иногда у меня создается впечатление, что ты гораздо старше, чем кажется, – заметил Шурф. – То выясняется, что когда-то ты знавал плохие времена, теперь вдруг оказывается, что ты был поэтом да еще и выпивохой. Когда ты все успел, Макс? Или это тайна?
– Дырку над тобой в небе, – рассмеялся я. – Вот уж где нет никакой тайны! Во-первых, я очень шустрый, во-вторых, все это я проделывал одновременно. К тому же я немного преувеличил насчет «мордой в салат», чтобы Андэ почувствовал во мне родственную душу. Надо же как-то подлизываться к мэтру. Не так уж лихо я «зажигал». А что касается моего возраста… Ох, Шурф, лучше уж я промолчу!
– Из этих странных видений, которые называются «кино», и книг, которые ты доставал мне из своего Мира, я понял, что там человеческая жизнь гораздо короче, чем у нас, – осторожно сказал Шурф. – Вы быстрее взрослеете, да?
– Ага. Взрослеем. И все остальное.
– А тебя это тоже касается? – тактично спросил он.
– Касалось, пока я жил там. Теперь я здесь, и Джуффин утверждает, что у меня такие же хорошие шансы на долгую жизнь, как у всех вас. Хотелось бы верить!
– Значит, ты не старше, а наоборот – гораздо моложе, чем кажется, верно?
Педантичному Лонли-Локли хотелось раз и навсегда уяснить этот факт.
– Верно. На самом деле я прожил на свете чуть больше тридцати лет. Только ни в коем случае не говори об этом Мелифаро. Он, как ты понимаешь, попытается немедленно меня усыновить. И отдать в начальную школу.
– Я вообще не самый большой любитель разглашать чужие тайны. И никогда им не был. Думаю, ты и сам это знаешь… Забавно, похоже, сегодня ты решил удивить меня столько раз, сколько это возможно. И даже больше. Ты нарочно это делаешь? Хотел бы я знать, зачем?
– Магистры с тобой. «Нарочно»! Ну ты скажешь тоже. Просто день такой. Новолуние, «Трехрогая луна», поэтический турнир, сентиментальные воспоминания и так далее… Скажи лучше, ты уже прочитал книгу, которую я тебе вчера добыл?
– Еще нет. Я очень медленно ее читаю. Все время приходится возвращаться назад и перечитывать заново, потому что я ничего не могу понять. Там говорится об очень странных вещах. В ваш Мир приходят люди из другого Мира – очень могущественные, насколько я понимаю. И у них довольно странные представления об устройстве мироздания. Они полагают, будто все живые существа поддаются какой-то классификации, принципы которой я так и не уяснил. В связи с этими представлениями они собираются уничтожить все человечество, кроме нескольких людей, которые почему-то отличаются от своих соплеменников, а посему имеют право остаться в живых… В общем, я пока ничего не могу тебе рассказать. Чтобы пересказывать содержание, нужно хоть немного его понимать.
– Кажется, тебе опять попалась фантастика, – вздохнул я. – Очередная антиутопия. Везет тебе на этот жанр, как я погляжу.
– То есть обе доставшиеся мне книги относятся к какому-то специфическому жанру?
– Да уж, «специфическому», лучше и не скажешь, – усмехнулся я. – В твоем случае это особенно комично: начать знакомство с совершенно чужим миром с чтения историй, авторы которых старались придумать обстоятельства, максимально отличные от знакомой им реальности.
– Действительно, забавно, – согласился Шурф. – Но какую-то достоверную информацию я там, тем не менее, нашел. Например, о продолжительности жизни. И еще множество подробностей, элементов культуры, деталей быта, в корне отличных от всего, что мне знакомо. Это прекрасная интеллектуальная игра: постараться нарисовать картину незнакомой реальности, руководствуясь лишь обрывками достоверной информации, которую не всегда удается отличить от вымысла… Все это очень интересно и более чем поучительно, но мы уже приехали, Макс. Поэтому наш разговор придется отложить до завтра, к моему величайшему сожалению. Хорошей ночи.
– Хорошей ночи, – эхом откликнулся я, наблюдая, как белоснежный силуэт Лонли-Локли растворяется в темноте сада, словно красивый призрак из старого кинофильма.
Хотел бы я знать, какую же картину моего мира он уже успел нарисовать? Уверен, все те же писатели-фантасты от зависти заплакали бы.
В Доме у Моста меня ждал не только Куруш. Сэр Кофа Йох решил составить ему компанию.
– Чуяло мое сердце, что надо было купить больше пирожных, – улыбнулся я.
– Зачем? – возразил Кофа. – Нет ничего хуже пирожных на голодный желудок. Зато в «Обжоре» сейчас совершенно пусто, и мы с тобой можем спокойно поужинать. И, конечно, поболтать.
– Куруш, ты переживешь наше отсутствие? – спросил я птицу.
– Некоторое время спустя мне понадобится ваша помощь, чтобы вытереть клюв, – капризно сказал буривух. – Поэтому постарайтесь вернуться через час.
– Непременно, – поклялся я. – Сэр Кофа, вы мне напомните?
– Напомню, напомню. Ну и заботы у нас с тобой, мальчик.
