– Еще один след мертвеца – это, пожалуй, перебор. К тому же было бы неплохо расспросить этого таинственного незнакомца. Конечно, Джуффин может ненадолго оживить любого покойника, а я вполне способен его разговорить, но представляете, сколько времени это отнимет? А вдруг кроме него есть еще кто-то?
– Еще кто-то? – с отвращением переспросил Кофа. – Ну, знаешь ли, это было бы слишком. Хотя… В целом ты, конечно, прав.
Он скрылся за углом и через несколько минут вернулся с моим амобилером. Я сменил Кофу за рычагом и рванул с места со скоростью, которая превосходила даже мои представления о быстрой езде. Через несколько минут мы уже были на западной окраине Старого Города, где-то возле кладбища Скауба – единственный район Ехо, который мог бы условно считаться трущобами. Дома здесь в основном старые, одноэтажные и не слишком-то ухоженные – по сравнению с другими кварталами, разумеется.
– Он еще жив! Какой крепкий мужик попался, кто бы мог подумать, – восхитился я, выскакивая из амобилера.
При этом я здорово ушибся, врезавшись локтем в другой амобилер – непритязательного вида старинную телегу, – но в настоящий момент это событие оставило меня равнодушным. Зализывать раны будем потом.
– Значит, нам везет, – согласился Кофа.
Я пулей влетел в обшарпанную парадную дверь – она хлопала на зимнем ветру в точности как дверь «Армстронга и Эллы». Если бы я был слесарем, а не Тайным сыщиком, я мог бы неплохо заработать, повторив свой сегодняшний маршрут.
Но сейчас я приближался к концу следа. В этот момент любой Мастер Преследования испытывает нечто вроде священного безумия берсерков.
Моя жертва неподвижно лежала на диване в темной просторной гостиной. Сопротивляться или убегать бедняге было уже не под силу. Думаю, еще немного, и в конце следа меня встретил бы очередной бесполезный мертвец. Но я успел вовремя спрыгнуть со следа. Теперь мы оба были свободны друг от друга.
– Хороший вечер, леди Миса! Давай-ка сюда свой ножичек. Ах, тебя так разморило, что ручки не поднимаются? Бедняжка, как же ты теперь будешь убивать своих дорогих гостей?.. Да, пожалуй, этот симпатичный кинжальчик я у тебя тоже заберу. Зачем он тебе теперь? – насмешливо восклицал склонившийся над диваном Кофа.
– Только не говорите, что я чуть было не угробил вашу старинную подружку.
– Именно это ты и сделал, – хохотнул Кофа. – Перед нами сама Миса Луддис, вернее Безносая Миса. Первая леди среди пожилых любителей грубого насилия. Лет двести назад она была настоящей знаменитостью – никто из ее коллег не выделывал таких чудес с холодным оружием. Никогда не забуду наши совместные ночные прогулки – я раз пять помогал этой милой леди добраться до Холоми. Нужно было внимательно следить, чтобы по дороге она никого не обижала… Так ты еще жива, любовь моя?
– Ишь, размечтался, старый дерьмовый грыз, – огрызнулась разрекламированная им знаменитость. Голос ее был еле слышен, но злости в нем хватало. – Все равно ты сдохнешь раньше! Что ты на этот раз придумал? Что за дерьмовый вурдалак встал на мой след? За такие пакости в старые времена топили в Гугландских болотах!
– Хорошая идея, – заулыбался Кофа. – Ради тебя, незабвенная, я, пожалуй, рискну возродить этот похвальный обычай. С тебя и начнем. Мы вместе отправимся в Гугланд – только ты и я, как романтично. – Он повернулся ко мне: – Я эту стерву очень давно знаю, мальчик. Без хорошего заклинания она нам слова доброго не скажет, даже если мы вызовем сэра Мелифаро и уговорим его с ней поцеловаться. Я вот что хочу понять: кто из нас разговорит ее быстрее? Мне понадобится около получаса – проверено многолетней практикой. Но я слышал о твоих Смертных шарах. Ты кого угодно можешь заставить плясать под твою дудку, я правильно понимаю?
– Сейчас попробую. Никакого желания убивать вашу подружку у меня вроде бы нет. Значит, можно попытаться.
И я прищелкнул пальцами левой руки – совершенно особый неуловимый жест. Никогда не устану удивляться педагогическому таланту сэра Шурфа, который в свое время научил меня этому невероятному фокусу всего за несколько минут.
Впрочем, я, можно сказать, не оправдал ожиданий своего учителя. В его исполнении этот прием всегда приводит к смертельному исходу; ну а когда за дело берусь я, все, как правило, заканчивается душераздирающим ревом: «Я с тобой, хозяин!» Для того, чтобы мой Смертный шар действительно кого-нибудь убил, я должен искренне хотеть совершить убийство, а это не так просто, как кажется. Забавно – несмотря на ядовитую слюну и грозную Мантию Смерти, которую мне приходится носить во имя общественного спокойствия, убийца из меня пока совершенно никудышный.
После того как сияющий зеленым светом призрачный шарик слетел с кончиков моих пальцев и коснулся груди Безносой Мисы, леди томно простонала: «Я с тобой, хозяин!» Почему-то лексикон моих несчастных жертв не отличается разнообразием.
– Ну, раз уж ты со мной, рассказывай, где плащ, – зевнул я, устраиваясь на краешке стула, одиноко стоящего в центре гостиной.
