«Ну-ка, посмотрим, как люди высказывались насчет смерти Росса».
В основном это были одноклассники, которые писали «Покойся с миром» или «Все мысли и молитвы с его семьей». Однако по мере добавления комментариев постепенно завязывался разговор – люди выражали свои мысли или отвечали на высказывания других.
Джоанна распечатала комментарии и скопировала адрес страницы. Затем запустила в «Гугле» новый поиск. «Отец Джозеф Каллахан. Церковь Святого Франциска Сальского». Когда она кликнула на первый же результат, экран заполнили фотографии. Она внимательно рассматривала их, прокручивая вниз. И быстро читала подписи. Улыбающийся священник с близко посаженными глазами, а рядом скандальный заголовок. Она взглянула на дату: 17 июля 1996 года.
Джоанна вскочила так стремительно, что опрокинула стул, и тот врезался в радиатор. Шум разбудил Рассела. Растрепанный, тот выскочил из спальни.
– В чем дело? Сколько времени? Ты собираешься в ту церковь?
Джоанна уставилась на него:
– Ах да. Я сходила в церковь, и смотри, что я нашла. – Она указала на экран компьютера.
Рассел читал статью, то и дело поглядывая на Джоанну или комментируя.
– Это оно, Джоанна. Точно указывает на первородный грех во всей этой мешанине.
– Вот где все зародилось, – заявила Джоанна. Она распечатала статью и положила ее в центр стола.
«Священник с любовницей убит во время свидания в церкви Святого Франциска Сальского».
Рассел еще раз внимательно прочитал статью.
– Джозеф Каллахан? Джозеф?[18] – Он схватил полароидную фотографию и прочитал подпись. – «Аве Мария, и Иосиф тоже». – Подняла глаза на Джоанну. – Они имели в виду священника, когда писали это?
Джоанна – у нее было четкое ощущение, что все кусочки мозаики начинают вставать на свои места – взяла у него фотографию. Когда она повернулась к Расселу, собираясь высказать свое мнение, тот уже спешил к выходу.
– Я поеду домой, приму душ и переоденусь. Над этим нужно подумать, а мне лучше думается в движении. – Он надел грязную одежду. – Я вернусь. Ой. – Обернулся. – Я заберу телефон Авы. – Джоанна подала ему телефон. – Большущее тебе спасибо.
– За что?
– Что не заставила меня ехать с тобой в церковь. Я с ужасом предвкушал поездку. Пока. – Он захлопнул дверь.
Джоанна еще секунду смотрела ему вслед, а потом перевела взгляд на статью.
– Алли-чтоб-тебе-луйя…
Мари сидела на подоконнике и смотрела вниз, на пустую улицу. В ремонтной мастерской напротив было темно. Вдоль всего здания лежали детали катеров – одни приподняты над землей, другие валяются прямо на земле и выглядят так, будто их выпотрошили какие-то животные. Застоявшийся в комнате запах затхлости стал утомлять ее. Мари открыла окно и впустила влажный, холодный воздух, однако ее ноздри продолжал щекотать запах сигаретного дыма. Сырость въелась в нее до костей и, как она ни терла плечи, все не уходила.
Мир все так же сжимался вокруг нее, становясь меньше с каждой секундой. Мари убедила себя, что ночная встреча была просто кошмаром. Ярким, бурным, невероятным кошмаром. Просто порождением ее воображения. Вера в то, что все ей привиделось, помогла выровнять дыхание и успокоить сердцебиение, однако ее сознание стремительно ускользало в другое измерение, где властвовала паника. Неужели она опять теряет разум?
