И они отправились по тропинке в сторону замка. Я же тихонечко выбравшись из своего убежища, припустила в сторону входа для слуг. В холле собралась уже вся труппа. Я последняя вбежала в двери, маэстро только неодобрительно покачал головой, и всучив мне лютню в руки, повел нас к сцене. Выступление прошло с оглушающим успехом и довольные мы возвращались к своим кибиткам. Внутри меня уже ждал Риан, он был хмур и сразу начал разговор:
— Дей, я сверился с картой, что одолжил у маэстро, прямой дороги от сюда до Эрлота нет, нам придется делать круг, но идя пешком мы дойдем только через неделю, и придем к Эрлоту, когда граница уже будет закрыта, остается только вариант верхом на лошадях. Но даже конных нас в любой момент могут остановить стражники. И я не знаю как быть.
И тут я вспомнила разговор подслушанный в оранжерее.
— Наследный герцог Миоран Маграт завтра выезжает в академию. Нам надо пробраться в его экипаж и спрятаться, думаю его багаж сложили уже сегодня.
— И как ты собираешься остаться не замеченной два дня? — спросил Риан.
— Мы спрячемся в сундуках с одеждой, а дальше будем действовать по обстоятельствам, — сказала я и продолжила- Нам ведь главное, как можно дальше отъехать от замка и как можно ближе к Эрлоту. Даже если нас обнаружат и выкинут из экипажа, оставшийся путь продолжим пешком и возможно успеем. Хотя, возможно нас и не выкинут. Сегодня я стала невольным свидетелем одной сцены, и в ней юный герцог повел себя очень мягко и благородно. Возможно нам удастся с ним договориться.
— Надеюсь, ты не ошибся, Дей, — ответил он.
И мы отправились к дядюшке Гилу. Прощание с труппой прошло прохладно, маэстро только облегченно вздохнул, когда мы сообщили, что покидаем цирк на рассвете. Лишь Арнелла украдкой вытирала слезы и смотрела на меня с невыразимой тоской во взгляде. Собирая вещи, Риан давал мне последние указания,
— Сегодня обойдемся без ужина, утром небольшой завтрак, много воды не пей, с собой возьми небольшую флягу и в только в случае острой жажды пей по глотку. Потому, что если ты оконфузишься на герцогские вещи никакая его доброта и благородство не спасут нас от депортации нас на тракт.
Затем мы дождались когда ночь вступит в свои владения и выбрались на разведку на каретный двор. Как мы и думали герцогский экипаж с гербом на дверце, уже был загружен. Половину вместительной кареты занимали сундуки, а на второй половине располагался обитый бархатом мягкий диван. Вскрыв сундуки и пометив себе те, что были с одеждой, мы вернулись в лагерь. Спать оставалось несколько часов.
Нежданные попутчики.
Проснулись мы еще до третьих петухов и ступая в предрассветной мгле, пробрались к карете. Там забрались в сундуки и принялись ждать. Юный герцог оказался ранней пташкой и через пару часов вокруг кареты началась суета. Впрягали в упряжь коней, о чем то переговаривались кучера. Затем послышались причитания женщины:
— Мио, мальчик мой, что ж ты соскочил в такую рань и не позавтракал ведь толком, но ничего, я вот тебе корзинку в дорогу собрала, как ведь знала, что голодный уедешь.
— Нянюшка, мы остановимся на постоялом дворе, дать передышку лошадям, там и сами пообедаем, — с теплотой в голосе отвечал ей юный граф.
— А то я не знаю, как на постоялых дворах кормят, — фыркнула женщина, — потом будешь животом мучиться, — Бери кому говорят, не упрямься!
Затем скрипнули рессоры под весом запрыгнувшего в экипаж мужчины и он произнес: — Трогай!
И мы поехали. В начале я пыталась поспать, просыпаясь лишь на небольших стоянках, потом в уме вспоминала все формулы заклинаний из своего единственного учебника пытаясь отвлечься от дискомфорта в теле. Оно затекло от неподвижного лежания и жутко хотелось повернуться, но этого физически невозможно было сделать, меня так плотно уложили среди рубашек и сюртуков и подозреваю еще чего-то, что даже вдохнуть полной грудью было затруднительно, я представляла насколько труднее сейчас Риану, который был выше меня на две головы и ощутимо шире в плечах. Так по моим ощущениям мы ехали весь день. Мне уже нестерпимо хотелось в туалет, и пить и есть, несмотря на то, что фляга с водой была у меня рядом, воспользоваться я ей не могла, боясь себя выдать. Когда карета остановилась, кучер открыв дверь произнес:
— Ваше сиятельство, прибыли на постоялый двор, сегодня здесь заночуем, а завтра к вечеру уже в академию прибудем.
— Хорошо, спасибо Жером, — и герцог вышел из кареты.
