— Ну, а ты Риан, — повернулся он к парню, — Не так прост, как хочешь казаться, и не знаю, что ты такого натворил, но твое лицо я видел на изображении в руках стражников, тебе повезло, что накануне тебе так удачно подправили мордашку, что мать родная не узнает. И я даже знать не хочу, за какое преступление тебя разыскивает стража. — Но на выступление в замок, ты не пойдешь, вдруг там тебя кто узнает, так что скажем всем, что ты приболел. Ты Дей, будешь сидеть в затемненной нише и аккомпанировать номерам. Составить новую программу без твоего участия мы не успеем, а гости герцога, не та публика, где можно импровизировать.
Наши планы, не сильно отличались, от планов маэстро, поэтому мы согласившись, поблагодарили старика, и дальнейший путь каждый занимался своими делами. Я например растирала восстанавливающую мазь для лица Риана.
Оставшиеся дни прошли без происшествий, если не считать того, что мужская часть труппы, объявила нам бойкот, и с нами не разговаривала. Поэтому все свободное время от репетиций мы сидели с Рианом в кибитке и болтали на легкие темы.
— Я бы хотел после окончания академии устроиться боевым магом на фрегат, путешествовать по странам, и однажды побывать в Веридии, — мечтательно сказала я.
— Надеешься встретить своего отца? — спросил Риан.
— Ну хотя бы узнать, что с ним случилось?
— И как ты его будешь его искать?
— Я знаю его имя, — не уверена произнесла я.
— Ха-ха-ха, не смеши, ты знаешь, что у аристократов в Веридии до десяти имен в имени. И представиться он мог любым. Даже домашним, которое знает только близкий круг людей, — просветил меня Риан.
А ведь правда, мама говорила, что отец был под клятвой о неразглашении, значит сообщить ей он мог свое не публичное имя, по которому его не свяжут с его личностью. Легкая грусть коснулась меня, в руках исчезла последняя ниточка связи с отцом, и он ведь даже не знает, что у него есть дочь.
— Ну а ты, чем хочешь заняться в будущем? — пытаясь увести разговор от себя, спросила я.
— Воздать по заслугам родственничку, — зло процедил Риан, и отвернулся к стене, показывая, что разговор закончен.
Прибыли мы в замок, как раз к началу приема. У нас оставалось несколько часов, чтобы привести себя в порядок установить наш реквизит в бальной зале. Поскольку мне сказали, не отсвечивать, я натянула широкополую шляпу на лицо, невзрачный плащ и отправилась в сторону герцогской оранжереи, мне было интересно глянуть, какие там растут растения и что они мне поведают о своих свойствах. Слава оранжереи герцогства Маграт гуляла по всей Илидории. Герцогиня собирала растения со всего материка, и лучшей возможности увидеть все возможные травы в одном месте и быть не могло. Я не боялась нарваться на кого-либо из слуг или гостей, сейчас в замке проходил ужин и все гости и обслуживающий персонал был там.
Наследный герцог Миоран Маграт.
Я переходила от растения к растению, и да многие из них были уникальны, что у меня буквально чесались руки, отщипнуть листочек, но неимоверным усилием я сдерживала себя, представляя себя на месте хозяйки. Я была бы в бешенстве если бы кто-то позарился на мою оранжерею. Видно, что растения были окружены заботой и вниманием. Хотя были несколько растений от которых просто таки ужасно смердело, их я старалась обходить по дуге. И очередная такая дуга привела меня в скрытый тупик, только было я хотела развернуться назад, как услышала голоса, боясь попасться там, где мне быть не положено, я затаилась. По дороге шли двое. Девушка, больше похожая на шарик в оборках и прихрамывающая на одну ногу и ослепительно красивый молодой человек с пепельными волосами и лучистыми добрыми серыми глазами. Девушка сквозь рыдания выговаривала юноше:
— Я не понимаю, зачем отец каждый раз подвергает меня таким унижениям, вывозя на все эти приемы. Они же ведь все смеются надо мной.
— Они просто, не знают, насколько ты умная и добрая девушка, Присцилла, — успокаивал ее молодой человек.
— Но ты ведь не смеешься надо мной, Миоран, хотя по положению выше их всех.
— Просто у меня была возможность узнать тебя, а у них нет, — не сдавался Миоран, — ты мой самый лучший друг.
— Но завтра, ты уезжаешь в Эрлот, и я останусь совсем одна, — опять заревела Присцилла.
— Обещаю, я буду тебе писать, а сегодня не стоит себе портить праздник и обращать внимание на чванливых глупцов, — ласково говорил он девушке. — пойдем обратно, скоро артисты начнут своё выступление. Ты же не хочешь пропустить представление лучшей труппы Илидории, — подмигнув, спросил он. Девушка остановилась, достала платок из рукава и вытерев слезы улыбнулась юноше.
— Конечно, ни за что на свете. Говорят у маэстро подготовлены новые номера.
