– Не забудьте, в три у вас назначена встреча с начальником службы безопасности. Написать вам сообщение, когда он придет?
– Да, пожалуйста.
Мифани дождалась, пока Ингрид покинет кабинет, затем взяла блокнот и фиолетовую папку и прошла к стене, увешанной портретами. Там попыталась заглянуть под первый из них. Ничего. При этом она едва не смахнула картину, отчего была вынуждена резко ухватить ее руками, чтобы не оказаться придавленной. Ей чуть не пришлось звать на помощь, но в итоге удалось кое-как вернуть огромную картину на место. К остальным портретам она подходила более осторожно и вскоре заметила, что у одного из них сбоку имелись петли. Отойдя на шаг, она на минуту задумалась.
Это был портрет высокого симпатичного брюнета со сверкающими черными глазами. Фон был стилизован густыми разводами черной краски. На маленькой медной табличке было написано: «КОНРАД ГРАНТЧЕСТЕР, ЛАДЬЯ». Когда она прикоснулась к портрету, тот качнулся в сторону, явив тяжелую металлическую дверь с уже знакомой металлической пластиной, которая нагрелась под ее ладонью. Дверь открылась, и за ней показались покрытые ковром ступеньки.
«Как драматично, – подумала она. – Интересно, а за чьим портретом спрятана дверь в туалет?»
Перехватив тяжелую папку, она нерешительно зашагала вверх по лестнице. Пройдя три марша, Мифани вдруг очутилась в просторной, залитой светом комнате. Большие окна с видом на лондонский Сити заодно освещали и внутреннее оформление, выбранное лично Конрадом Грантчестером, ладьей.
– О-о, – протянула она вслух. – Теперь я понимаю, что Томас имела в виду.
«Наверное, он считал себя величайшим сутенером в мире».
Квартира явно была оформлена лет двадцать назад специально таким образом, чтобы соблазнять девушек. Их тайно сюда привозили, они воздыхали над черной кожей и темными деревянными панелями, а потом занимались сексом на роскошном фиолетовом ковре перед камином. Их отражения появлялись на многочисленных латунных элементах мебели, а из массивных усилителей гремели новейшие музыкальные треки. Мифани изо всех сил старалась не захихикать, но в итоге от души рассмеялась. Чтобы успокоиться, она даже была вынуждена сесть, уронив папку на пол.
Наконец, она встала и принялась прохаживаться по квартире. При этом ей приходилось так часто изгибать левую бровь, что та вскоре начала болеть. Она увидела огромную золотую ванну в форме раковины и оранжевый бильярдный стол. Рельсовые светильники отбрасывали свет на абстрактные картины и скульптуры.
«О, я просто должна увидеть спальню. Интересно, есть ли там…»
Есть. Круглая кровать и на потолке над ней – зеркало.
«Как, черт возьми, Томас вообще могла смотреть ему в лицо?»
Кабинет, к счастью, выглядел вполне по-деловому, современно. Полки были завалены справочными изданиями, многие из которых оказались учебниками по анатомии. Мифани догадалась, что они принадлежали Томас, и решила просмотреть их позже, чтобы более полно ознакомиться с тем, как устроены люди.
«Ладно, пора подучиться».
