Марк опоздал на встречу. Я допивал уже второй бокал пива за барной стойкой, когда на ступеньках показалась его грузная фигура.
– Что, опять нет мест? – его глаза обшарили зал в поисках свободного столика.
– Пятница, вечер, – пояснил я.
Бар был переполнен. Марк, кряхтя, взгромоздился на высокий стул.
Бармен подал пиво. Адвокат обхватил бокал широкой ладонью и одним глотком осушил его наполовину.
– Как здесь душно, – проговорил Марк, отдуваясь. – Странный ты, мистер Джек. Есть в тебе что-то старомодное, но привлекательное.
– Может быть, шляпа?
– Точно – шляпа. Вот что так нравится этим дурехам.
Марк беззвучно рассмеялся. Мешковатый пиджак затрясся на его грузной фигуре.
Я не совсем понял, каких «дурех» он имеет в виду, но задетый его смехом парировал:
– Зря вы не захотели встать на нашу сторону, когда мы предлагали. Теперь контрольный пакет акций у нас. Вы проиграли.
– Разве уже все карты вскрыты? – усмехнулся Марк.
– Это ничего не изменит, – самоуверенно заявил я. – А вот вы упустили шанс неплохо заработать! Марк немного помедлил с ответом.
– Знаешь, мистер Джек, со временем устаешь играть. Выигрыш не возбуждает, игра не затягивает, блеф раздражает. Хочется не денег, а самовыражения.
– Так не бывает, – не поверил я. В устах прожженного лоера это звучало неискренне. Разве волк может стать вегетарианцем?
– Верно. Не бывает, потому что блеф и игра стали частью нас. Даже не частью, это уже и есть мы. Мир вокруг – игра, в которой есть два главных правила: заработать и выжить. Расслабляться нельзя. Посмотри на наш город, кишащий страстями и борьбой за деньги. Его жители – наркоманы, подсаженные на стресс и страх, и мы с тобой тоже. Наш организм не может без адреналина. Это печально.
– Всегда можно что-то изменить, – запротестовал я.
– Всегда, – адвокат усмехнулся. – Но мы не можем этого сделать, потому что боимся потерять то, что имеем. Боимся своей внутренней сущности. Боимся, что, как только выпустим дремлющего внутри дракона, он разрушит все вокруг, и в первую очередь – нас самих.
– И что тогда делать?
– Вот именно: что делать? Играть до конца или броситься с моста…
Марк замолчал и уставился в телевизор.
Мне почудилось, что в баре стало темнее. Неужели адвокат тоже знает про утопленницу? Наверняка знает. Сыщик же сразу догадался, что Барбара прячется от NB и Марка. А вдруг Марк не просто знает, а сам все и организовал? Я покосился на адвоката. Он, словно чувствуя, какие мысли бродят в моей голове, спросил, не поворачиваясь:
– Будешь еще пиво?
– Спасибо, мне достаточно.
– Как хочешь.
Перед Марком появилось пиво и соленые орешки. Половина из них тут же оказалась в широкой ладони адвоката.
– Человек слаб, жалок и наивен, если полагает, что может изменить свою судьбу, – проговорил Марк. – Как тут можно что-то изменить? Посмотри, что творится…
По телевизору передавали новости о взрывах на Ближнем Востоке. Моей приятельнице, хозяйке винного магазинчика, повезло – оказывается, я дал правильную рекомендацию. Цены на нефть вырастут, и она неплохо заработает. Кто-то умирает, а кто-то получает прибыль.
– Знаешь, – сказал Марк, – а ведь рабов обретали не только в результате войн, но и путем денежной кабалы. Давали свободному человеку денег в долг, а если он не возвращал, то становился рабом. Вот это были законы… Человек закладывал самое дорогое – жизнь и свободу. Угощайся, мистер Джек, а то будет поздно.
Толстый палец адвоката подвинул ко мне блюдечко с арахисом.
– Благодарю, не нужно. Марк, зачем вы пригласили меня сюда?
– Во-первых, выпить пива, – ответил он. – Во-вторых – есть люди, готовые купить твои акции.
– За сколько? – спросил я, подозревая очередной блеф.
– Двести тысяч.
– Четыреста, – тут же отрезал я. – И не тысячей меньше.
Марк хмыкнул так громко, что подскочил бармен и спросил, что нам угодно.
– Счет, любезный, – попросил Марк и вернулся к разговору. – Четыреста? Это несерьезно, мистер Джек!
– Почему? – спокойно возразил я. – Недвижимость отличная, рядом трасса…
– Мои знакомые вряд ли согласятся на такую высокую цену. Но за двести пятьдесят, думаю, смогу их убедить. Деньги будут на следующей неделе.
Я сдержал улыбку. Стало очевидно, что Марк в точности знает сумму и сроки моего кредита. А раз так, будем играть в открытую.
– Спасибо за предложение, но я не продам акции за такие деньги – это тоже несерьезно. Пусть лучше они достанутся банку.
– Хозяин – барин, – ответил Марк. – Если это окончательная цена, забудем разговор.
Его пальцы поймали на блюдечке последний орех и отправили в рот.
– А ты стойкий боец, мистер Джек.
– Вы тоже… непростой.
Марк протянул руку:
– Мне пора. Если что, знаешь, как меня найти. Да, кстати: надеюсь, ты помнишь, что если имущество приобретено в результате уголовного преступления, то это считается незаконным?
– К чему вы клоните, Марк?
– Ни к чему – просто пришло на ум, вот и решил сказать. Увидимся во вторник на собрании. Какие неудобные эти высокие стулья… – адвокат с ворчанием спустился и, переваливаясь, двинулся к выходу. Посетители расступались перед ним, как перед бронепоездом. Девчонки на лестнице жались по стенкам.
