В придачу же ко всему, где-то внутри ощущалось иное зерно, суть другой формы, мое иное "я". Лишь слегка сосредоточившись на нем, сразу же почувствовал уже знакомый жар, начавший моментально распространяться от центра груди по всему телу. Нет, мне этого сейчас не надо. И опалявшие нутро потоки исчезли, быстро, почти мгновенно, как и не было их. Паники как не бывало, наоборот, настроение подскочило до такого уровня, каким еще не было в этих лесах. Хотелось заорать что-то похабное, но как раз этого делать нельзя, могут услышать, и заинтересоваться. Хотя чего уж теперь. Оставленные с вечера следы уже не умещали меня сегодняшнего. Пальцы вытянулись, стали толще, покрылись дополнительными сколами кости, ладонь еще больше укрылась вязью жил, утопающих в костяных пластинках, неожиданно вылезших по всему запястью. Очередной армор? Почему бы и нет, теперь хрен кто перегрызет, можно даже в пасть совать. Хотя нет, это будет дуростью.
Само тело также вытянулось, стало массивнее, крупнее. Прикинув на глаз метраж, провел пальцем борозды на дереве в полтора и два метра от земли. Так и есть, чутку подрос, где-то метр шестьдесят, с кепкой, если на четырех. Тогда макушка как раз, примерно, в этих широтах. Все тело будто звенело от собственной силы, мышцы бугрились канатами, перекатываясь настоящими валунами, а жгуты сухожилий ходили подобно стальным тросам, что даже в таком мерзком теле выглядело достаточно внушительно. Посмотреть бы на себя еще со стороны. Кстати, а почему бы и нет, озеро-то рядом.
Лучше бы я этого не делал. Из зеркальной глади на меня глянула такая мразь, такая образина, что часть эйфории как рукой сняло. А думал, что хуже уже и быть не может. Оказалось - может. Морда раздалась немного вширь, повлияв на пасть, ноздри, глаза, лоб, на все, в общем. Клыки, до этого непонятно как умещающиеся во рту, стали чуть толще и приобрели новых напарников, выстроившись желтым частоколом по всему периметру. Улыбка "Умри от страха, или от нас", фильмы ужасов отдыхают. Срезанный, почти заподлицо нос стал шире, расставив ноздри немного в стороны, окаймленные коротким костяным козырьком-обрубком, частично перевитым редкими сухожилиями, уходящими вглубь кожи где-то на щеках. Надбровные дуги вытянулись еще больше, накрыв глаза и визуально увеличив лоб. Черт, да мне им ворота ломать можно, таран же! Жуткая харя недовольно поморщилась, увиденное ей явно не пришлось по вкусу, ну да куда деваться. Зато так жить проще, по крайней мере, здесь. А как найду людей, там и человеческая форма пригодиться. Так что все не плохо, а даже очень и очень, по сравнению с тем, что было раньше.
Почему-то я совсем не сомневался, что рано или поздно кого-то найду. Может, это надуманное, или просто убедил себя, но приобретенная возможность с новой силой разожгла надежду на то, что все еще может быть так, как того захочу я, а не эти хреновы экспериментаторы.
На этой позитивной ноте и решил закончить. Хотелось добраться до следующего кольца как можно скорее, а там рвануть еще дальше, и еще, и еще, пока... ну, об этом пока рано. И, набрав довольно приличную скорость, я метнулся в лес, оставляя за спиной силуэт горы. Встреченные пару раз местные твари улетали с одного-двух ударов, разрываемые напополам или просто с оторванными головами, теперь это выходило легко и просто. Силы в руках было не меряно. Но больше мне в этот день никто не попадался. Деревья мелькали по бокам и исчезали за спиной, отмеряя исчезающий лес километр за километром. Его мрачная атмосфера больше не имела надо мной власти, я буквально чувствовал, что стал неприкасаемым, выпал из общего подсчета и развязал себе руки. Иллюзия? Вполне возможно. И пусть даже так, пусть мы все под колпаком, но я не перестану трепыхаться, пока могу, и буду делать все возможное, что бы это длилось как можно дальше.
К вечеру лес не претерпел каких-либо изменений, и ночь также не принесла ничего нового, зато утро следующего дня превзошло большинство моих ожиданий.
