Едва они выехали из города, как дорогу им преградили стражи.
– Насколько я понимаю, – начал старший из них, указывая на Лайзу, – ты – человеческая девушка. На тебя донесли. Слезай с повозки, пойдешь с нами.
– Стерва, – сквозь зубы сказала девушка, затем добавила уже стражам, – Я бы с удовольствием, но слишком спешу по своим делам.
Щелкнув пальцами, Лайза начала смотреть, как они горят. Завораживающее зрелище, она не могла оторвать глаз от огня – от ЕЁ огня! Её детище защищало свою мать, свою хозяйку, и это ощущение власти поглощало девушку. Крики стражи и вопли о пощаде звучали, словно музыка, такая убаюкивающая, успокаивающая. В одно мгновение она канула в небытие, ощутила свободу и легкость, такую защищенность от всего мира, будто существовали только двое – она и её пламя. Ничто больше не имело значения, только они на целом свете. Пламя настолько притягивало Лайзу, что она совсем не скоро поняла, что Дан тормошит её за плечи. Моргнув пару раз, девушка оглянулась.
– Астрид, прекращай! Убери огонь! Ты же сожжешь их!
Девушка щелкнула пальцами. Огонь погас. Многочисленные ожоги сделали их лица просто безобразными, дикие крики эльфов звучало ужасающе, одежда дымилась.
– Простите.
Повозка покатила дальше. Никто не произносил ни звука.
– Это что было?! – начал Дан, оправившись от шока.
– Я случайно, – промямлила Лайза, – не могла ничего поделать.
– А в следующий раз смоги! Они же живые существа!
– Дан, – спокойно повернулась к нему девушка, – Это, конечно, не оправдание, но если бы у меня не было сил, и я не смогла себя защитить, что бы было? Хочешь сказать, что они бы меня не сожгли? Не смотрели бы на мои мучения? Разница в том, что я в итоге остановилась, и моей целью была не их смерть, а самозащита. К тому же, я пошла бы на костер только из-за своей расы, а не по вине. Поэтому давай ты не будешь паниковать, и мы просто продолжим путь?
– Ты права, – мрачно кивнул Дан, – И все же выглядело это жутко, аж до мурашек.
Какое-то время они ехали в тишине.
– Так что ты делала вчера?
– Ах, ну конечно! Как я могла забыть! Была на танцах.
– ГДЕ? – вся троица ошалело посмотрела на Лайзу, отчего она звонко рассмеялась.
– Танцевала я, в школе.
– И как ты можешь совмещать танцы и сожжение стражей? – помялся Леон.
– Я просто чередую свои хобби, – сморщилась девушка, – А вы-то чем вчера занимались?
Глава 6. Вализер
Путешествие по пустым дорогам начинало надоедать. Деревья с обеих сторон от повозки укачивали все сильнее, и смысл в них был лишь один – еда. Лайза чувствовала, как аппетит увеличивается, вместе с её силой, однако потеря самоконтроля начинала напрягать. Впрочем, замечала это пока лишь она.
– Астрид, – неуверенно начал Дан, сжимая вожжи, но тут же умолк.
Девушка повернула голову. Дейк и Леон похрапывали в повозке. После борьбы, устроенной на привале, их силы явно были истощены.
– Что с тобой происходит? Ну… с проклятьем.
Лайза подняла голову к небу и глубоко вздохнула. Этот разговор будет тяжелым – незачем ему было поднимать эту тему.
– Я не хочу пугать ни тебя, ни ребят, Дан. И пока не разберусь во всем этом – не думаю, что стоит поднимать эту тему.
Светило опустил голову, мгновение помолчал.
– Ты должна знать, Астрид – я не боюсь этого. Меня не пугает Ignis, но ты каждый день меняешься. Не Ignis, – он посмотрел в её глаза, – ты.
– Ты меня не знаешь, – нахмурилась Лайза, – и не знаешь, какой я была сначала. До смерти.
– Ты говоришь, что твоя жизнь была мучением, но ты этого не замечала. И, тем не менее, сейчас, после своей смерти, ты тоже радуешься каждому дню, и не замечаешь, в какой опасности находишься. Так что изменилось? Прибавились силы? Это все, что нужно для счастья?
– Дан! Мой характер меняется. Я не та слабая и неуверенная девочка, я становлюсь жестче, злее, мстительнее. Мне плевать на все опасности, и даже если мне что-то грозит со стороны проклятья, я готова поддаться этому. Знаешь почему? Потому что я ненавижу их! Ненавижу кровожадных гномов, мстительных, завистливых и стервозных эльфиек, жестоких эльфов, слабых духом и оттого легко меняющих сторону гномих, ненавижу стариков и старух любой расы! – в глазах девушки загорелось пламя, голос стал магически сильным, вены на коже приобрели цвет лавы, – Каждое живое существо в этом мире должно сгореть, чтобы оплатить свои грехи и грехи своих предков! Не защищай их, светило! Эта сила гораздо старше целого мира, чтобы ты смел противостоять ей. Ignis была создана задолго до первого твоего предка, и она видела всю жестокость каждого, живущего в этом мире. Никому не выжить. Скоро и она, – Лайза положила ладонь на свою покрытую венами из лавы грудь, – поймет это. В её сердце уже живет ненависть. И никому на целом свете не потушить эту боль и жажду мести.
Дан замер, стараясь не двигаться и слушать внимательно. Он поборол страх и теперь лишь не провоцировал древнюю ведьму, живущую в своей подруге. Замолкнув, девушка стала возвращаться к своему нормальному состоянию: вены «остывали», глаза потухли, а на груди, где лежала до этого ладонь, остался ожог.
