Едва услышав признание, палач резким рывком вонзил меч в её сердце. Лайза хотела как-то помочь, но было уже поздно – блаженная улыбка растянулась на лице пророчицы, глаза больше не сомкнулись. Девушка хотела обернуться пламенем, как делала уже не раз, однако в последний момент клинок пронзил и её сердце. Внезапно и резко.
Холодная сталь резко скользнула между ребрами, обездвижив Лайзу. Тупая боль в груди и привкус крови – вторая смерть. На этот раз последняя. Или нет?
Лайза вспомнила слова старушки – «ты умрешь не завтра, не послезавтра, не в этом городе», и в ней появились силы. Она схватила лезвие двумя руками, сильно выдернула его и отбросила с диким рычанием. Кровь на ладонях, на одежде, во рту. Пламя зажглось где-то внутри, в самом сердце, увеличиваясь и «пожирая» кровоточащую рану, затем огонь скользнул по ладоням и горлу, после чего внезапно исчезло, и под удивленные возгласы толпы Лайза увидела зажившие раны.
– Это же… ведьма, – в гнетущей тишине сказала старая торговка, указывая трясущейся от страха рукой на Лайзу, но никто не отреагировал.
Горделиво выпрямившись, хрупкая девчонка с рыжей шевелюрой длиной ниже пояса почувствовала силу и власть. Она подняла голову и свысока оглядела толпу. Холодная улыбка коснулась губ Лайзы, ведь теперь никто и ничто не сможет убить её. Это поняла и толпа.
«Сделай это, – раздался шепот в голове девушки, – убей их! Ты же так хочешь этого»
«Они не виновны», – подумала Лайза и сразу потеряла уверенность. Это слишком жестоко.
«Кэтрин больше нет, – голос продолжал убеждать, – Докажи им это! Они готовы были убить тебя и наслаждаться этим. А ты боишься сделать то же с ними? Ведь все будет честно»
«Но я-то жива!» – с этой мыслью Лайза обернулась огненным шаром и исчезла за воротами города.
Прежде, чем вернуться к друзьям, пламенем она зависла над городом. Глядя на высоко стоящее в небе солнце, девушка пожалела, что все встают так поздно, что сегодня она не застала рассвет, что так мало времени она бывает в одиночестве. Но сейчас необходимо было подумать – Ignis действительно берет верх, и бороться скоро будет невозможно.
– Что с твоей блузой? – Дан с легким беспокойством смотрел продырявленную одежду и капли крови.
– Сегодня я узнала, что меня нельзя убить даже клинком, – беззаботно воскликнула девушка, расчесывая запутавшиеся волосы и придавая объем.
– Что?! – три голоса, включая сидящего на облучке Леона, оглушили Лайзу.
Её ярко-голубые глаза сверкнули, появилась озорная улыбка.
– Кажется, меня нельзя убить.
– А что насчет других ведьм? Как тогда король избавился от них?
– Другим способом. Хитростью, – увильнула от ответа девушка.
– Да ладно, расскажи!
– Дан, а тебе не кажется, что вопрос о том, как именно можно меня убить, немного напрягает? – рассмеялась Лайза, скрыв досаду.
– Не совсем, – задумался Дейк, – Точнее, смотреть нужно по-другому. Ведь если мы будем знать, как тебя убить, то сможем спасти в случае опасности.
– Выкрутился!
– Я серьезно, – Дейк оживился, – Только подумай! Ведь не зная этого способа, мы можем сами случайно способствовать твоей гибели. Будь уверена, в выигрыше мы не окажемся от твоей смерти!
– Ну почему? У неё столько монет, что я бы поспорил с твоим утверждением, – рассмеялся Дан.
«Дивный смех», – подумала Лайза и улыбнулась.
Накинув одеяло, она улеглась поудобнее на дне повозки, между ребятами, и тут же заснула. Бессонная ночь сказалась.
Дейк перелез к Леону, а Дан лег рядышком с девушкой и слушал её мирное дыхание, время от времени поправляя одеяло. Конечно, когда она проснется, он допросит её по поводу несостоявшейся казни, ведь могло выйти и так, что она бы не вернулась. Если бы не проклятие. Но он узнает об этом позже. Не сейчас.
Глава 7. Ларьонэ
Лайзе наконец-то доверили вожжи, и пока три эльфа храпели сзади, она бодро подгоняла лошадей. Однако со временем стук копыт, темнота ночи и умиротворяющие звуки мирно спящих друзей сделали свое дело – поначалу пропала бодрость. Затем появилась легкая сонливость, которую легко было отогнать, лишь глубоко вдохнув ночную прохладу. После этого глаза начали смыкаться, а голова крениться. Рыжие локоны щекотали нос и щеки, не позволяя углубиться в сон, плечи подрагивали от холода, а лунный свет неумолимо бил в глаза, будто нарочно не давая уснуть.
Сзади послышался шорох. Лайза резко дернула головой и выпрямилась.
– Давай заменю тебя.
Дан. Ей никогда не перепутать совершенство его голоса с любым другим.
– Я справлюсь.
– Не повторяй моих ошибок. Помнишь, чем мое упорство закончилось в тот раз?
– То есть ты признаешь свою вину? – девушка зевнула, но вожжи передала, – Не подумай, что я такая слабая, но эта монотонность не для меня.
– Это говорит человек, который выращивал овощи и фрукты на своем огороде и продавал их на рынке каждый день? – произнес Дан с усмешкой, потом добавил, – Как это происходит? Изменения в характере.
