— Делай свое дело, Олег! — снова попытался возмутиться Пуд. — Сколько можно болтать ерунду!?
— Если вы так торопитесь, та зайдите туда сами да вытащите этого молодца! — огрызнулся Олег. — Вот тогда и увидите, что он проворен, как паук, прыгает высоко, бегает далеко — прямо по стенам, он везде и сразу! Если у вас борода, он вам быстро ее повыдерет, а потом подкрепится вашим носом!
— Это не моя работа, — резонно заметил Пуд. — Делай свое дело и делай быстро — таков приказ!
Олег пожал плечами и обратился к кому-то в клетке:
— Ну, выходи же! Мне ждать больше некогда!
Из клетки раздался какой-то возглас, который Джейро не разобрал.
— Ну, что, идешь, мой сладкий? — снова запел Олег. — Зачем мне заходить к тебе, ну, сам посуди! Так что лучше уж ты выходи, выходи, хороший мой, выходи, и мы полетим с тобой высоко-высоко, туда, где луна понастроила дворцов, где вино льется прямо в рот и танцуют сладкие бесстыжие девки!
Пуд брезгливо поджал губы, а Шим осторожно крикнул в распахнутую дверь:
— Выходи, да поскорее, мерзавец! Чего время тянешь? Чего Олега злишь? — Из камеры послышался хриплый смех. — Ну, вот так, шаг за шагом, шаг за шагом, — одобрительно забормотал старик. — А теперь и совсем выходи, да поторопись, мы сами торопимся.
В коридоре показалась темная фигура, разглядеть которую юноша не мог.
— А теперь — марш вперед! — прохрипел Олег. — Скажи «прощай» любимому жилищу и всем твоим крюкам и дыбам! Не сожалей, все к лучшему, всегда все к лучшему! Только подумай, какая красота ждет тебя, дурачок!
Джейро вжался в стену, скрытый тенью от лестницы, но сердце его стучало, как сумасшедшее. По коридору шли два гричкина, а за ними Олег с человеком неопределенного возраста в болтающемся коричневом балахоне на тощем теле и в подобии опорок на ногах. Его лицо закрывали длинные черные волосы и спутанная борода. Джейро судорожно искал в этом лице хотя бы малейшего сходства с собой, но обнаружил лишь какой-то едва заметный слабый намек в разрезе глаз и форме носа. Все четверо снова зашли в комнату, и Джейро прокрался за ними.
— Ну, а теперь подожди, — остановился Олег. — Мне надобно осветить последнюю дорожку!
Он подошел к стеллажу и концом палки достал с него какой-то цилиндр, тут же за железными прутьями заметались черные тени и белые лица. Олег поднес цилиндр на палке к прутьям, нажал в нем какую-то кнопку, и резкая струя жидкого огня рванулась из цилиндра за решетку. Стеная, рыча и шипя, белые вампиры рассыпались по коридору под довольное бормотанье Олега.
— Вот так, голубчики мои — субчики! Если уж Олег просит успокоиться, так надо его слушаться! Паиньками надо быть! Ну-ка, всем стоять и не двигаться! У вас еще будет время позабавиться! — Он внимательно посмотрел за решетку. — И чтоб никаких фокусов и фальстартов! Огонёк у меня всегда наготове!
Затем Олег отпер железную дверь и, держа огнемет наготове, отодвинул ее на скрипнувших петлях. — Ну, пора прощаться, дружище, — обратился он к пленнику. — Отправляешься в далекое путешествие. Путь в страну неведомого открыт, и ты скоро будешь там — конечно, после маленьких неприятностей. Ну же, бодрее и флаг тебе в руки!
Заключенный стоял, не шевелясь. Тогда гричкины схватили его за руки и стали подталкивать к открытой двери, он упирался с закрытыми глазами. Гричкины удвоили усилия.
— Да иди ты! Все должны исполнять приказания, не только мы!
Джейро неслышно вошел в комнату и, прицелившись, хладнокровно выстрелил по ногам сначала Шиму, а потом Пуду; оба, визжа, рухнули на пол. Юноша навел пистолет на Олега.
— Вытащи их в коридор и быстро, пока я снова не выстрелил!
Олег заревел в безумной ярости, успел схватить палку и изо всей силы ткнуть ею юношу прямо в грудь. Джейро покачнулся и не успел спустить курок, как Олег рванулся, навалился и стал медленно давить его в своих чудовищных объятиях. Сжимая руки, он еще умудрился заглянуть юноше в лицо, и его мощная челюсть неожиданно отвисла.
