Агнесс проснулась от холода. Видимо вчера, сидя на подоконнике, она забыла закрыть створку окна. А сегодня настойчивый северный ветер, решил проветрить комнату без ее ведома. Что же, ему удалось. Зябкость, которая разгуливала в комнате целую ночь, сделала свое дело.
Закутавшись еще в пару одеял, Агнесс лежала на спине вспоминая, как же она хотела удрать с Луны, чтобы больше никаких «ты должна», «ты обязана». Она не желала возвращаться. Это была ее цель, а вовсе не разрешение конфликтов кланов на Земле. И как ей удалось убедить в обратном Космическую коалицию, до сих пор оставалось не более и не менее чудом. Но сейчас нужно было поддерживать эти чудеса, чтобы продолжать здесь жить. И ей пришло в голову, что теперь она наконец-то свободный художник, которой предоставлен доступ к почти неограниченным ресурсам планеты Земля. И она может, если очень захочет, осуществить самые смелые мечты по освоению новых ландшафтов, мест, где уже давно не было ноги человека, покинувшего некогда свой земной дом и отправившийся в бесконечность Вселенной.
Однако, все было далеко не так просто, как изначально виделось Салливан. Капитан Бауман дураком не был и если не придумать план по спасению клана ландскнехтов, он весьма быстро просечет, что Салливан прилетела вовсе не за спасением кого бы то ни было, разве что себя, от гнета должностных тварей Лунной коалиции. Они с Джулс должны попотеть на их благо, хотя на Джулс было очень мало надежды, ибо Агнесс с первых минут полета сюда стала подозревать, что Джулс «крысит» Марку обо всем, что тут будет происходить или уже происходит.
Так что здесь нужно было выбрать того, кто не будет доносить на нее Ледневым. Кого? Весельчака Гочу, представителя османских турок или потомку Парацельса – Надежде, которая могла с закрытыми глазами искусно зашить человека так, что даже сам Гиппократ, будь он неладен, удивился бы. А может страстную любительницу тевтонских мечей Ирэн, да она могла пришить ее во сне, только за то, что Агнесс иногда косо на нее смотрела. Или монгола-портулата* Тимура, который однажды на какой-то отдаленной планете, сварил суп из инопланетного доисторического ящера, едва не отравив половину расчета, своими кулинарными изысками.
Второго механика Серегу она даже не рассматривала как часть состава космической прогрессии по спасению и разрешению конфликтов на Земле. У него на лице было написано «стукач». И как бы искусно он не пытался играть словами и прикидываться валенком, Агнесс все просекла, еще на проверке на Лунной подстанции. Уж Ледневу-то, физику-математику можно было лучше продумать этот ход. Серега весело шутил на тему «своего в доску», но никогда бы не стал таким в ее команде, рожей не вышел. Бывший друг Марка Леднева – Хуан и то больше походил на механика, чем этот недоносок, мнивший себя потомком клана маннаров**.
А вот водяр*** Шамиль был очень интересной фигурой в составе этой чертовой экспедиции. Агнесс подозревала, что Шамиль имя не его, хотя… Османское имя у человека, с праславянской внешностью. Здесь было что-то не так, либо наоборот, все так, но Агнесс значит не все знала.
Шамиль говорил складно и четко, выполнял то, что нужно было. Мало говорил, много делал. Техник был отменный, знал столько всего об оборудовании, что иногда закрадывались мысли, что он кем-то запрограммирован на такие глубокие знания того, что и не пригождалось. Андройды нередко казались людьми, Шамиль был очень близок к тому, чтобы Агнесс начала считать его внутри роботом. Но тогда тем более, роботу не стоит доверять тайн, которые могут быть переданы кому угодно, в особенности тому, кому не надо. Стоит вынуть чип из андройда и все…
Биочипы правда и перепрограммировать можно было, причем самими же андройдами, были такие казусы в ЮниТехникс. Но ждать таких подарков не приходилось, в особенности такой неудачнице, какой считала себя Агнесс.
Она перевернулась на бок, уставившись на электронные часы на тумбочке. Они показывали ровно шесть утра. За окном вдохновенно бесновался октябрьский ветер, неся антициклон в северо-западные широты предгорья Солоны. В душе не было покоя уже давно, Агнесс ломала голову о том, как сделать так, чтобы никогда больше не вернуться на Луну. Потеряться в бескрайних просторах неизученной планеты или просто инсценировать какую-нибудь авиакатастрофу. Все эти идеи – прошлый век. С нынешним оборудованием и техникой, лунные представители космической военной индустрии быстро поймут, что к чему. Нужен был сокрушительный план, который не оставил бы сомнений, что пилот Агнесс Салливан нужна здесь.
Именно эти размышления натолкнули Салливан на то, что нужно бы посетить сам клан ландскнехтов, поговорить с его представителем и узнать, какого рожна происходит на Земле. Может быть этот разговор подстегнет к тому, что она еще не изучала и не знала. Только желательно это сделать таким образом, чтобы ни одна «крыса» не поняла, что это может быть их последний крысиный поход.
