Едва они подъехали к замку Лодегранс, стало ясно, что их здесь ждали, поскольку вместо приветствия на воинов обрушился град стрел. Вообще-то Ланселот предполагал, что они будут скрывать ото всех, что похитили его невесту. Но руководивший обороной Лодегранса еще со времен отца Гвиниверы старый сэр Бодивер сразу крикнул своим воинам:
– Ланселоту ворота не открывать! – и приказал лучникам стрелять.
Ланселот не стал выяснять причины столь внезапного изменения настроения человека, которого знал с детства, поспешил увести своих рыцарей на безопасное расстояние от стен замка и лишь тогда начал переговоры. Прежде всего его интересовало, почему в него стреляют, даже не поинтересовавшись целью визита.
– Бодивер! Почему ты стреляешь в меня? Разве я враг тебе? – крикнул он.
– Ты враг моей госпоже! И нам приказано не впускать тебя в замок! – ответил старый рыцарь.
– Что же случилось? Почему ты получил такой приказ?
– Ты сам прекрасно знаешь, Ланселот, что случилось!
– Значит, вы признаете, что украли мою невесту?
– Какую невесту? – искренне изумился Бодивер.
Признаться, такой ответ немного удивил Ланселота. Если дело не в похищении Хелен, почему тогда он вдруг стал врагом Гвинивере?
– Объясни толком, Бодивер, почему меня не велено впускать в Лодегранс, – потребовал Ланселот. – Иначе я войду сам, и тебе это не понравится.
– У тебя всего пятьдесят человек. У меня – двести. Что ты можешь сделать?
– Ты знаешь, Бодивер, что я могу сделать, поэтому ответь мне.
Старый рыцарь отошел от края стены и с кем-то посовещался. Вернувшись, он сказал:
– Твоей невесты тут нет, но мы все равно тебя не впустим.
Тристан и Персиваль, слышавшие каждое слово из переговоров, мрачно переглянулись.
– Они явно что-то скрывают, – сердито сказал Тристан. – Нам бы давно позволили въехать в замок, если бы леди Хелен не было там. И с чего это вдруг ты стал врагом Лодегранса? Не ты ли защищал их паршивое королевство всю свою жизнь?
Персиваль поддержал его:
– Давай, Ланселот, наподдадим им хорошенько. Пускай не забывают, кому обязаны своей тихой жизнью.
Ланселот оглядел укрепления замка. С этой стороны подступаться опасно. Лучники, хоть их и мало, все же нанесут его отряду урон, а он не хотел терять ни одного человека. Со стороны реки вход охраняется хуже, но нужно идти вброд. Нападать на знакомый с детства замок, на человека, бывшего верным другом его отца, да еще со спины, Ланселоту казалось предательством. К тому же старый Бодивер лжет, у него нет сейчас двухсот воинов. Даже в лучшие времена, когда был жив отец Гвиниверы, набиралось не более ста пятидесяти. А после его смерти осталась лишь половина, и большая часть войска – такие же старые рыцари, как и сам Бодивер.
Ланселот посмотрел на своих воинов, испытанных в многочисленных боях. Пойдут ли они за ним на штурм родового замка королевы Британии? Ведь это прямое нарушение клятвы, которую они все, включая самого Ланселота, приносили Артуру в момент заключения Союза. Персиваль заметил этот тревожный взгляд и похлопал его по плечу:
– Мы с тобой, Ланселот. Все, как один. Не сомневайся.
Тристан тоже поддержал его.
– Да ради леди Хелен – хоть в огонь и в воду! – крикнул он. Затем обернулся к воинам и повторил свой клич.
Рыцари дружно ответили, гремя оружием и потрясая мечами в сторону замка.
Ланселот улыбнулся.
– За что же вы так любите леди Хелен?
– Она спасла тебе жизнь! – раздалось со всех сторон.
– Дважды!
– И не побоялась выехать одна, чтобы уберечь тебя от Мелеганта!
– А еще она прогнала твою повариху и сейчас в Солсбери можно нормально поесть! – добавил в конце неугомонный Гилфорд, отчего все рассмеялись.
На стене замка возникло какое-то суматошное движение. Видимо, боевые выкрики и смех подъехавших рыцарей там восприняли как начинающийся штурм и принялись готовиться к сражению. Ланселот вновь подъехал поближе к замку, чтобы его было хорошо слышно. Но не успел он сказать и слова, как какой-то особо нервный лучник пустил в него стрелу, которая вонзилась ему в кольчугу между плечом и ключицей, не причинив вреда. Ланселот вытащил стрелу и с недоумением бросил ее на землю. Неужели лучники Лодегранса разучились стрелять? По силе полета можно сказать, что в него выстрелил младенец. Он вновь бросил взгляд на стены и вдруг увидел, с какой отчаянной надеждой смотрит на него старый Бодивер. Или ему только показалось?
Ланселот оглянулся на своих воинов – все они с нетерпением ждали сигнала к наступлению. Если он верно истолковал взгляд Бодивера и эту стрелу, то боя не будет. Он вернулся и поделился своими соображениями с соратниками. Рыцари вначале не поверили, но согласились с доводами Ланселота не убивать охрану замка, если там не будет других воинов, кроме рыцарей сэра Бодивера. Ланселоту хотелось выяснить правду, не нанеся ущерба старому другу отца.
