Пленный имперец уже вылез из под стола и сейчас закованный в наручнике сидел в одном из кресел, готовый в любой момент прыгнуть назад под спасительный стол. Его внешняя готовность к сотрудничеству не просто не вызвала доверия, а заставила повстанцев усомниться в его мотивах. Дженек вспомнил как-то давно сказанную Люком фразу, что слишком многие в этой галактике скрывают своё прошлое и настоящие имена, и кажутся не тем, чем являются. Поэтому как только выдалось свободное время от выполнение функций диспетчера он при помощи вируса нашел личное дело этого человека.
– Не понимаю, о чем вы говорите, – внешней ученый совсем не показывал волнения, если оно и было, – если бы о том, что у меня нет личного имени, то это связанно с тем, что мой отец родом с Фондора, каста из которой он происходит не использует их.
Танк хмыкнул, отвлекшись чтобы перенаправить Люка, который в этот момент свернул не туда и световым мечом повредив местную канализацию, вместо того, чтобы проделать себе краткий путь к северной башне. Когда вопрос был решен, и злой и мокрый Люк направился вымещать своё недовольство на тех штурмовиках, кому ещё не повезло оставаться живыми.
– Доктор, вы очень хорошо с технической точки зрения подделали своё личное дело и документы, но с тех пор прошло пятнадцать лет, технологии ушли вперёд, – вздохнул Дженек, не став говорить о том, что такие технологии были не у каждого встречного, – к тому же вы явно не брали курсы по правильной фальсификации биографии и не смогли подавить свою гордыню, слишком перестарались с квалификацией научного специалиста в этой дыре. Что такому заслуженному специалисту по редкой дисциплине генетика клонов так долго делать здесь?
– Генетик клонов? – хмыкнул вслушавшийся в допрос Вольф, – как этот, как его. Синкер, как звали того сепаратиста, который утверждал, что у нас есть ген кровожадности?
Один из клонов, занявших оборону отвлекся, отзываясь на вопрос.
– Улл Хайбер или Хейбер, что-то такое, – отозвался клон, – только не есть ген, а наоборот вырезали. Всех бы этих генетиков скормить великому фелуцианскому сарлакку.
Танк не отрывающий взгляда от доктора заметил, как в его глазах мелькнул страх, а сам он непроизвольно сглотнул, но уже через мгновение вновь взял себя в руки, стараясь не показывать страх. Однако теперь Санбер был убежден в том, доктор Мейхер действительно не тот, за кого пытается себя выдать.
Хобби, как и большинство клонов, не верил ни в богов, ни в какие-то сверхъестественные силы, несмотря на то, что и среди суеверных пилотов, и среди повстанцев хватало последователей самых разнообразных культов. Не разделял он несмотря на своё прошлое и джедайские верования, всё сильнее распространявшиеся среди солдат Альянса, такие как вера в Силу или тем более в джедайскую легенду об Избранном, который уже ходит среди живых и принесёт мир и процветание. Однако сейчас опуская канонерку на башню он не мог не думать о том, что приземлился только при помощи Силы и загадочного Создателя, о котором говорили рекруты с окраинных планет. Последняя точка противовоздушной обороны оказалась подавленной только в последний момент беспокоя высаживающие десант канонерки не слишком частым, но всё же огнём. Лишь чудом ни одна из прижимающихся к поверхности канонерок не оказалась задета, однако один из пилотов зацепил брюхом рощу блёклых деревьев и с трудом сохранил свой корабль, не без проблем сев на поверхности планеты не добравшись до цели и оставив свой десант ожидать эвакуации с орбиты. Когда огонь с земли наконец утих, канонерки несущие десант уже были на подлете к крепости.
– На выход! – приказал клон, делая последнее действие в качестве командира канонерки в отношение десанта, посыпавшего на выход.
Вместе за ним продолжали приземляться другие канонерки, а глава группы родианцев Гридо уже вывел своих солдат на крышу крепости, а вместе с ним высадку завершили и джедай с падаваном. Родианцы, после долгих тренировок, были передовым отрядом, которому однако посчастливилось не вступать в бой прямо в момент высадки, потому что четверка клонов успешно подавила сопротивление и встречала долгожданный десант, обеспечивая ему безопасность.
Все, кто знали Гридо раньше замечали то, что родианец сильно изменился после того как на него во время второй битвы за Анкорхед обрушилась крыша здания и проломила ему череп, после чего его собирал по кусочкам лично Джос Вондар, в результате чего ныне большую часть его черепа теперь составляла бронзиумная пластина. Бывший в прошлом охотником за головами и вообще не отличаясь благонадежностью и дисциплиной Гридо теперь полностью посвящал себя военной подготовке и тренировкам, а на смену дикому пьянству и разврату, присущему родианцу раньше, пришли умеренность и сосредоточенность. Родня такому развороту событий удивилась, в целом однако только обрадовалась, тем более бывший раздолбай и неудачник после встречи с обрушившейся крышей начал продвигаться по карьерной лестнице.