Штурм тюремного комплекса наконец закончился, заняв в итоге несколько часов пока успешно высадившиеся с орбиты повстанческие коммандос наконец не подавили полностью очаги рассосредоточенного сопротивления остатков штурмовиков. Давно не было ощущения физической усталости и морального опустошения сравнимого с тем, что настигло сейчас, после того как бой закончился. Постоянные рывки из одной части комплекса в другой и единоличное бытие пожарной командой изматывали, особенно вкупе с тем, что это приводило к тому, что были видны все убитые и раненные с нашей стороны. Потери среди повстанцев были чувствительными и это давило. В процентном соотношение меньше, чем в обоих битвах за Анкорхед, однако там всё было по другому. Тогда мы не ожидали нападения, оборонялись и тогда участвовало огромное количество ополченцев или взявшихся за бластеры гражданских, а здесь я сам привёл сюда вооруженных разумных, которые месяцы готовились под руководством одних из лучших инструкторов этой галактики и ветеранов прошедшей войны. И всё же потери были велики.
– Мы закончили, можно начинать безопасную эвакуацию, – послышался в наушнике голос Рекса, взявшего на себя командование зачисткой тюремного комплекса, пока Абель оставался на орбите и координировал всё с неё.
Прямо сейчас на поверхность опускались транспортные корабли и медицинская «Пельта», которые должны были принять на борт как замороженных клонов, так и наших раненных. Времени было недостаточно, поэтому было принято решение вывозить заключенных отсюда в замороженном виде и потом пробуждать уже в безопасности и в нормальное время. Техники и ледорубы параллельно выкачивают все базы данных и рассматривают возможность открутить и вывезти всё любое минимально сложное оборудование, особенно медицинское и пригодное для работы с генетическим материалом. Лаборатория здесь располагалась не самая маленькая. Однако «Пельта» не успевала спуститься, а медики десанта ушивались и не успевали оказать помощь всем раненным. В том числе тяжелым, часть из которых просто могла не дожить до приземления медицинского фрегата.
Ты мог бы их спасти, если бы использовал силу талисмана, вновь вылез Муур, Все погибшие сейчас были бы живы, если бы не твоя джедайская гордыня и боязнь использовать настоящие знания и настоящий потенциал Силы.
Основной медицинский пункт развернули прямо в штатном медицинском блоке комплекса, который располагался в южной его части, но отсюда, от временного и вынужденного пункта между северной и западными башнями, пятерку тяжелораненных бойцов туда было просто не доставить. Гунган, один из братьев-близнецов, и четверо людей с тяжелыми ранениями, вокруг которых крутились пытаясь помочь двое медиков, однако жизнь из них уходила, что ощущалось в Силе. Ужасающее зрелище и чувство, не представляю как свой разум сохраняли джедаи-целители.
Помоги спасти их, обучи, зло посмотрел я на духа древнего ситха, Ты должен быть способен на это.
Сефи расплылся в улыбке, показываясь свой оскал и плохо скрывая своё удовольствие от происходящего. Он весь бой отвлекал на свои призывы открыться Темной Стороне Силы, тоже чувствуя вокруг многочисленные смерти, однако в отличие от меня получая от них явное удовольствие. Если бы знал о Силе чуть меньше, подумал бы, что он от смертей подпитывается энергией.
Слушай и внимай, отбрось свои предрассудки, не умеет Муур скрывать свои эмоции, Если бы не твоя гордость, я бы смог обучить тебя большему, но сейчас удастся одно, ввести их в состоянии замедленной жизни так, чтобы твои лекари успели своими стандартными средствами.
Присаживаюсь рядом с гунганом, имя которого я хоть и не помню, но то, что он мой давний боевой товарищ, ещё с храма затерянного в джунглях, прикрывавший спину не раз и выручавший забыть не могу, даже будь такое желание. В Силе чувствуется как жизнь утекает из него, несмотря на то, что медик попытался обработать его раны и даже наложил бакта-пластыри, слишком большая рана в районе живота. Не знаю гунганскую анатомию, однако точно понятно, что нынешняя гунганская броня недостаточно защищает коммандос босса Насса. До прибытия медиков с «Пельты» гунган просто не доживёт, однако всё ещё держится в сознание и отказывается, сдаваться, бросив на меня печальный взгляд, в котором плохом скрывается страх перед смертью.
Учи, легко делаю выбор я.
В конце концов, поучиться алхимии у древнего ситха действительно входило в мои планы, из него необходимо выжать всю максимальную пользу, так что пускай Муур думает, что всё происходит на его условиях. Дать умереть этим разумным будучи способным из помочь было бы абсолютно недопустимо. Это мои люди. мои разумные, верные сторонники, бросить которых умирать было бы предательством.
Карнесс Муур