Тетушка уже на ногах и только слышны ее негромкие шаги, доносящиеся из-за двери, а пару мгновений спустя аромат цветов заглушает сладкий сливочный вкус только что сваренной рисовой каши. Голод тут же дает о себе знать, и я потянувшись встаю с кровати.
Раньше причесываться и одеваться по утрам помогала мне нянюшка, а в особых случаях и еще несколько слуг, но здесь не нужно быть при полном параде. Сложную прическу мне самой себе не сделать, да и не к чему она. Здесь нет праздничных балов и мероприятий, здесь сама жизнь один сплошной праздник для которого не нужен повод.
Расчесав гребешком длинные белые волосы и уже прилично отросшую челку заплетаю косу и надев платье иду на кухню. Ада уже стоит в строгом платье, шляпке и держит в руках сумочку.
— Доброе утро, тетушка. Куда вы так рано собрались? — отодвигаю стул и сажусь за стол, на котором меня уже ждет тарелка с кашей и кусочком подтаявшего сливочного масла, а в чашке травяной сбор, который конечно же собирала Ада.
— Доброе утро, милая, мне нужно в город за продуктами и еще в аптекарскую лавку пополнить свои запасы. Со мной пойдет Ганс и поможет донести сумки. Ничего если ты побудешь до вечера одна? — спрашивает тетушка и отпивает на ходу чай.
— Конечно, все нормально, не волнуйтесь за меня.
— Спасибо, милая, я уже успела сделать утренний обход, покормила животных и подоила корову и козу, — она что-то еще пытается вспомнить, пока я наслаждаюсь кашей, — Единственное, хочу попросить тебе освежить воду ближе к полудню у животных, справишься?
— Да, я все сделаю, не спешите возвращаться. — она выходит в коридор, а я иду провожать ее.
Тетушка выходит в коридор и зашнуровывает невысокие кожаные ботиночки. Делает шаг в сторону к двери, а потом разворачивает и подойдя ко мне целует в лоб. Это так неожиданно, но очень приятно, мы стали с ней гораздо ближе, после того, как она все рассказала.
Ада открывает дверь, а там на пороге ее уже ждет этот гнусный Ганс. Он в той же одежде, что и вчера и все с такой же улыбочкой.
— О, доброе утро, забыл, как вас там мисс, — он снимает дырявую соломенную шляпу и кривляясь кланяется. Если бы не тетушка, я бы швырнула в него тапочек плюнув на аристократические манеры, но решаю быть выше этого, поэтому, как только Ада выходит громко хлопаю дверью прямо перед его носом.
Они уходят, а я допиваю чай и повязав рабочий фартук выхожу в сад делать привычные дела. И вот я уже успела покачать на гамаке какаду, проверить на чердаке сову и покормить ее, попрыгать через вечно снующих под ногами кроликов. Сходить в домик к здоровым животным и как распорядилась тетушка поменять у них воду.
Белый старый конь в яблоках по кличке Вэлл, при виде меня громко заржал и требовал долго чесать ему загривок, думаю он так бы и не отпустил меня, если бы на этой случай у меня в кармане платья не лежала морковка, на которую и удалось переключить его внимание.
Наполнив в колодце ведра с чистой водой несу их к больным животным. Здесь, как всегда приятно пахнет сухим сеном. Открываю первую клетку чтобы налить воды лисице и замечаю, что она лежит в какой-то странной позе у дальней стенки, ее лапы неподвижные и словно обессиленные, а голова запрокинута, она высунула язык. Трогаю ее нос, и он сухой и горячий, как и сама лиса, от нее исходит неестественный жар.
В ужасе оставляю ее и захожу в соседнюю клетку к волку, который тоже лежит с открытым ртом и тяжело дышит, закатив глаза. Его нос горячий, у волка такой же сильный жар, он тихонько поскуливает и дергает лапами. Пытаюсь его погладить, чтобы немного успокоить, но потом понимаю, что от моих прикосновений ему становится только жарче.
Захожу в клетку к медведю и у него всё те же симптомы. Я выбегаю к молодняку и им совсем плохо, маленькие животные жалобно пищат и лежа на подстилке мечутся в разные стороны, пытаясь облегчить свое состояние. Мне становится так страшно, я ведь совсем одна, тетушка сказала, что будет только к вечеру, и что же делать…
Открываю самую последнюю клетку и мой лев тоже болен, только в отличие от остальных животных он болеет в привычной себе позе и не издает никаких звуков. Он горит от жара и нос его сухой и от этого даже черна кожа потрескалась.
— Ну вот и ты тоже… — я глажу его по горячему большому лбу и еле держусь от того, что не заплакать от бессилия.
Страх мешает мне думать, но что-то делать нужно и как можно быстрее. Выбегаю из конюшни в сторону дома, как только попадаю внутрь поднимаюсь на чердак и хватаю пока еще здоровую сову.
— Послушай меня внимательно, тетушка ушла в город, это недалеко. Ты же знаешь, как она выглядит. Сейчас я привяжу к твоей лапке записку о том, чтобы она срочно возвращалась, а ты лети и найди ее, умоляю, — привязываю ниточкой к лапе крошечную записочку, которую успела написать внизу и взяв полусонную сову на руки вытаскиваю ее в открытое окно и подбрасываю высоко вверх.
Сова ловит крыльями воздушные потоки и поначалу ведет себя неуклюже, а потом сделав несколько уверенных взмахов широкими крыльями набирает высоту и скрывает за макушками деревьев.