– И я хочу, чтобы мы начали с повторения главного постулата Розариума. Дафни? – я обращаю пристальный взгляд на блондинку, голубые глаза которой смотрят на меня с легким недоумением. Я понимаю, почему они так растерялись. Спектакль свернул с привычного сценария, а импровизация моим ядовитым цветам дается очень непросто.
Сжимая ладони на столешнице, обычно циничная и самоуверенная Дафни тушуется и вжимает голову в плечи. Голос ее звучит необычно тихо.
– Информация. Секрет. Власть.
– Удивительно верно, Дафни, – киваю я. – Сегодня я хочу, чтобы мы поговорили не о чужих секретах. – перевожу взгляд на Аконита, который напряженно сжимает челюсти. – А о моих. Кто из вас хотя бы раз не пытался найти информацию обо мне? Есть такие?
Зловещая тишина подтверждает мои догадки, и я удовлетворено улыбаюсь, убираю руки за спину и начинаю медленно вышагивать вокруг стола, и ощущаю, как напрягается каждый из участников, когда я оказываюсь за спиной.
– И та информация, которую вы смогли получить, пролила хоть малейший свет на мои секреты?
И в ответ снова молчание, еще более гнетущее и тяжелое, чем, когда я задал первый вопрос. Я немного задерживаюсь за спиной Аконита.
– А если бы вам удалось? Попробуйте представить, как бы вы использовали свою власть против меня? – спрашиваю я, обращаясь к застывшим, как манекены, участникам собрания. – Мак?
– Я не знаю, Рэнделл, – покачала головой девушка, тряхнув рыжими локонами. – Разве что во благо. Против – точно нет.
– Если бы ты могла задать мне вопрос, который волнует тебя больше всего, и я бы пообещал дать тебе максимально-честный ответ, то, о чем бы ты спросила меня, Мак?
– Ты всегда честен с нами.
– Ты уверена?
– Абсолютно, – кивнула Мак. Вздохнув, я отошел в центр гостиной, так, чтобы каждый имел возможность видеть меня.
– Неужели никто не решится? – медленно обвожу взглядом притихших участников, задерживаясь на лице каждого. – Когда вы говорите со мной здесь или индивидуально, какой вопрос мелькает у вас в голове чаще всего? Возможно, вы сомневаетесь в чем-то?
– Ли, ты, как специалист по физиогномике, лучший в своей сфере, точно не раз и не два давался вопросом: а не сумасшедший ли этот человек, на которого мы работаем, которому доверили свои жизни, ради которого идем на риск и совершаем преступления? То, что мы делаем, незаконно, и вы все прекрасно это знаете. Но я помогаю нам обойти закон и получить максимальную выгоду из неправомерных, но необходимых действий. Вы думаете, безумец смог бы удержать подобную схему на протяжении многих лет? Создать компанию масштаба «Перриш Трейд», проникнуть во все структурные подразделения власти города.
– Безумец – нет. Но одержимый – да, – подает голос Аконит. Наши взгляды встречаются.
–
– Примерно.
Я удовлетворенно улыбаюсь, замечая напряжение во взгляде Итана. Он ненавидит меня так же сильно, как стремится познать. Он единственный среди всех, кому жизненно необходим мой секрет. И, возможно, это то поле, на котором я еще не сыграл. Я уделил недостаточно внимания Итану Хемптону.
– Перед каждым из вас, друзья, по два конверта. – Собравшиеся одновременно опускают взгляды на свои конверты, и автоматически берут их в руки. – Но не спешите заглядывать внутрь. Сначала я должен вам кое-что сказать. В первом, который лежит снизу, находятся заверенные копии документов, являющиеся секретной информацией, касающейся меня и группы других влиятельных лиц. Также к документам приложен цифровой носитель, со сканами имеющихся документов, видео и фото файлов с компрометирующими данными. То, что находится в конверте – это информационная бомба, и раскрыв секреты определенных семей, она способна не дать власть, а разрушить ее, скинуть с занимаемых постов людей, пользующихся абсолютным доверием общества. Я говорю об этом, чтобы предупредить и внести ясность. В ваших руках опасная информация. И если она останется у вас, то вы рискуете жизнью. Но я не прошу держать конверт в своих квартирах, тайниках или сейфах. Предлагаю использовать ячейки, коды от которых вы запомните наизусть. И его категорично запрещено вскрывать.
– Зачем? Для чего нам эта опасная информация, которая может стоить нам жизни, если мы даже не будем знать, что там внутри? – задает совершенно логичный вопрос Аконит. Я окидываю медленным взглядом его черно-белый костюм, невольно замечая, что он похож в нем на шута.
– Это моя страховка. Но я никого не принуждаю. Вы можете отказаться. Оставить оба конверта и выйти в эту дверь прямо сейчас.
– А что во втором? – очнувшись от шока, спрашивает Дафни, непроизвольно проводя пальчиками по краям конверта.
– Миллион долларов и бессрочный отпуск, – лаконично отвечаю я, словно речь идет о пустяке, а не баснословной сумме.
