– Расскажи, как ты охраняешь Гончаровых, – попросил он. – И почему, по твоему мнению, нападение было совершено около их коттеджа? – Бодров устроился в кресле поудобнее и приготовился слушать.
Я начала рассказ о том, как Денису в мороженое подсыпали белый порошок, и заодно описала внешность официанта.
Бодров кивнул, но на его лице не отразилось никаких эмоций.
Пропустив эпизод с «пропажей» Гарика, я рассказала о наших с Денисом злоключениях на яхте.
Бодров поднял указательный палец и потряс им в воздухе.
Наконец, я сказала, что Рыков попросил меня присмотреть за Денисом на выпускном вечере, так как хотел подстраховать нового телохранителя.
– Что это за парень? – сразу спросил Бодров.
– По виду качок, который решил подработать. Внешность у него устрашающая, но вряд ли есть навыки охраны кого бы то ни было. Пьет только воду, не курит, в общем, следит за здоровьем.
– У тебя насчет него есть какие-то сомнения?
– Только в плане профессионализма.
– Как его зовут?
– Виктор.
– Так. – Капитан записал что-то на перекидном календаре и задал еще один вопрос:
– Сколько патронов было в магазине?
– Четыре… или пять?
– Женя, точнее!
– Точно не помню. – Мне было стыдно, что я так небрежно отнеслась к своему оружию. Нужно было регулярно проверять наличие патронов и их число, а я… Ну кто виноват, что я редко им пользуюсь. Ведь нам, телохранителям, не разрешается стрелять первыми. Мы имеем право только обороняться. Об этом я и сказала Валерию Петровичу.
– Правильно. Все правильно. Иначе есть шанс, что вы откроете стрельбу по первому же подозреваемому. На поражение. Таких моментов нужно избегать. Ну, ладно, – Бодров махнул рукой, – будем считать, что патронов было пять. Значит, осталось еще три. Два преступник уже израсходовал. Черт! – словно вспомнив о чем-то, возмутился капитан. – Но куда же преступник дел пистолет?
На этот вопрос я ответить не могла: я действительно не знала, куда преступник дел пистолет после того, как застрелил из него человека.
– Ну что, Женя, на сегодня, наверное, все. Если у нас появятся еще вопросы, мы тебя вызовем. А пока занимайся своими прямыми обязанностями. Только из Тарасова – ни шагу. Подписку я с тебя не беру, я знаю, что ты человек дисциплинированный и никуда от нас не сбежишь. Можешь быть свободна. – Бодров подписал пропуск, и я вышла из его кабинета, чувствуя, что выжата, как лимон.
Не успела я отъехать от здания горотдела полиции, как раздался звонок. Я взяла телефон. В трубке послышался голос Виолы:
– Женечка, здравствуй!
– Добрый день, – ответила я нейтральным тоном. Интересно, чего еще хочет от меня эта женщина? Я с ней и так достаточно натерпелась. Она что, снова желает меня нанять? Забесплатно? Бесплатно птички поют.
– Женечка, я хочу тебе заплатить. Понимаешь, тогда я немного перенервничала…
Понятно. Мы были немного не в себе, поэтому оставили телохранителя без денег. Но сейчас мы очень хотим заплатить. Похвально. А что еще за этим кроется?
– Хорошо, я как-нибудь заеду.
– Женечка, не обижайся. Приезжай сейчас. У меня к тебе есть предложение, от которого ты не сможешь отказаться. – Виола была сама любезность.
– Хорошо, еду. Только ненадолго, у меня дела.
– Женечка, я жду. – Гончарова повесила трубку.
Ну что, Охотникова, деньги так и плывут тебе в руки? А на что, интересно, намекала вдова, говоря, что у нее есть ко мне предложение? Опять охранять Гарика? Ну уж дудки! Я телохранитель, а не нянька и второй раз на эти грабли не наступлю. Я развернула машину и поехала на Проховникова. Благо это было недалеко, и я, поторчав минут десять в пробке, подъехала к коттеджу. Машину я оставила на обочине и пешком вошла во двор. Здесь ничего не изменилось, только Виола выглядывала из окна, видимо, ждала меня. Я помахала ей рукой, и вдова исчезла. Подойдя к входной двери, я услышала ее торопливые шаги.
– Здравствуй, Женя, – еще раз поздоровалась Гончарова и распахнула передо мной дверь, – проходи!
Я вошла в полутемный холл и огляделась. Обстановка была такой же, как прежде, – тот же камин, тот же диван, те же кресла, но атмосфера показалась мне другой. Виола усадила меня в одно из кресел, а сама ушла на кухню. Через минуту она вернулась с двумя чашками кофе и тарелкой эклеров.
– Угощайся. – Вдова поставила передо мной одну чашку и пододвинула эклеры. Второй чашкой она завладела сама и принялась пить кофе мелкими глотками.
«Что-то странное творится в этом доме», – подумала я, отхлебнув глоток горячего напитка. Мои предположения подтвердила Виола:
– Гарик в больнице на обследовании. Я прибежала на часок. Очень за него беспокоюсь. Бери эклеры, Женя, это не магазинные, Катя пекла.
«Катя напекла очень вкусные эклеры, – подумала я, попробовав один. – Но это не то, за чем ты меня пригласила. У тебя на уме что-то еще».
