Первый день перевозок прошел легко, они даже поспали шесть часов, пока техники готовили груз. Лететь предстояло за серую зону, трюм забили под завязку. Помимо основного добра, во всех щели какие только можно, запихнули коробки с боеприпасами и медикаментами. Два ящика с медициной Искра затащила в кабину. «Ласточка» не просто шустрая девочка, она еще и имеет отличный показатель грузоподъемности. Зачастую просто нет ничего такого, чтобы запихнуть в ее трюм до предельного веса. Шутка ли, орбитальный вес двадцать тонн, а атмосферный в пределах тридцати и то во всех документах этот вес значится как неуточненный. Есть, конечно, летные предписания, по которым сильно не рекомендуется таскать больше двадцати тонн в пузе «ласточки», но Лориэль с Искрой уже не раз таскали по двадцать пять. Десанту каждая тонна важна, потому и таскали.
На подлете к серой зоне Лориэль почувствовала неладное. Под ней словно кресло зашаталось. Возникло ощущение, что машина теряет мощность. Через три минуты началась небольшая тряска.
- «Тройку» вроде так же трясло, - хмурясь, сказала Искра.
До «десанта» дотянули с тревогой. Стабильная легкая тряска и просадка по мощности в двигателях. Пока техники разгружали, Лориэль с Искрой залезли на «ласточку» и проверили все как могли. Никаких повреждений, ничего не перегрелось. Вообще не царапины!
- На перегруз не похоже… - пробормотала Лориэль.
Ничего больше в голову не приходило, но после взлета все осталось без изменений, и двигатели работали лениво, и стабилизаторы вели себя странно. Тряска, правда, не усиливалась. Лориэль запросила базу и полетела жаловаться тетушке. «Ласточка» едва летела. Казалось, она летным креслом вцепилась в пилота лишь бы не упасть!
Тетушка только за ушком почесала, прогнала Лориэль с Искрой спать, позвала всех техников и полезла копаться в двигатель. Утром все прояснилось.
Лориэль увидела, что один из стабилизаторов снят и разобран, лежит рядом с корпусом на подстилке. У левого двигателя снят задний компенсатор, вместо него торчат хвост и ноги Натанги. Чего-то она там копалась, остальные вертелись рядом. Только уставшая тетушка присела на ящики с инструментами и пила чай.
- Полюбуйтесь, - сказала она и протянула темную коробочку.
Внутри оказалась труха из тонкой сверкающей фольги. Все неровных размеров, словно какой-нибудь стальной гребешок протянули несколько раз под мощным прессом.
- Это чего? – Искра достала кусочек фольги, размяла на пальцах и принюхалась: - Свинец?! Откуда?
- Да мы вот с девками тоже гадаем, откуда, - вздохнула тетушка. – Оно, вроде как, так мудрено машину портить никто не станет. А чего тогда? Где летали?
- Блядь, свинец! – Искра хлопнула себя по лбу, потом схватилась за ухо. – Слушай, Лори. Вызови Тройку. Спроси, ее когда трясло, она по какому маршруту летала в Серой зоне?
Сама же навигатор полезла проверять полетный план. Позавчера они два рейса по серой зоне сделали, все по одному и тому же маршруту.
Лориэль включала связь:
- Тройка-Иволге, - и через пару секунд повторила. – Тройка-Иволге.
- Тройка здесь.
- Вопрос такой – тебя когда трясти начало – в Серой зоне полеты были?
- Я там постоянно летаю.
- Маршрут какой?
- Обычно девятый.
- Принято, Тройка.
Лориэль посмотрела на Искру:
- Слышала? Девятый.
Навигатор что-то пробубнила под нос, внимательно разглядывая на мониторе девятый маршрут по серой зоне.
- Иволга-Туче! Девки, вы там чего удумали? Меня вчера тоже трясло после Серой зоны. Нашли причину?
- Сейчас Искра скажет. Мы свинец в стабилизаторах нашли у себя.
- Туча, нужно на маршрут выслать геологию. Они тут зону обозвали полиметаллами, но похоже там очень много свинца. А про него они сказать забыли!
- Уверена?
- Так точно, Туча. Уверена.
- Готовьте рапорт на службу контроля, полеты по «девятке» пока запрещаю. Девки, только не обосритесь!
- Так точно, - ответила хмурая Искра.
Натанга выбралась из движка – в руках банка со свинцовой трухой. Свинец имеет мерзкое свойство не перегорать в плазме двигателя, но каким образом он попал практически в герметичный стабилизатор? Голову ломали все.