– Тебе хоть иногда приходило в голову, что это очень личная история? Все думают, что у моей мамы не все дома. А к нам этим летом явился дух моей бабушки. Что, по-твоему, я должна чувствовать, когда все вокруг отпускают шуточки по этому поводу?
Рози смотрит себе под ноги:
– Прости меня.
– А ты! – Я тычу пальцем в Итана. – Ты знал, что твои дружки заперли Рози в школьной подсобке?
Итан вскидывает руки:
– Нет.
– И вот с чем нам приходится иметь дело, – я буквально выплёвываю слова. – Обри и Уорнер – просто два гадких отморозка. И что бы Уорнер ни наговорил тебе про то, что случилось летом, он наверняка не упомянул, что это он украл медальон моей бабушки и выбросил его в колодец. Прямо на моих глазах. Да-да. Так что уж прости за то, что я не горю желанием гулять с твоими друзьями.
У Итана глаза становятся круглыми, как леденцы на ярмарке:
– Я ни о чём таком не знал. Честное слово. Я бы никогда не позволил им запереть кого-нибудь в подсобке.
Я уже готова взвыть:
– Блин! Опять оно!
Я вытаскиваю фотоаппарат и вожу им из стороны в сторону:
– Ну давай, выходи, дурацкий монстр. Покажись! Мы собираемся заснять тебя, чтобы у Рози были доказательства твоего существования. А потом ты оставишь нас в покое, чтобы мы спокойно отсюда выбрались.
Для усиления эффекта я топаю ногой. Итан ахает, а у Рози пищит телефон. Трясущейся рукой она проверяет сообщения и показывает мне экран.
«оТдАй МнЕ СтРаТаГеМу».
По щеке Рози скатывается слеза. Сдавленно всхлипнув, она запихивает телефон обратно в сумку. Храбрость мгновенно покидает меня, уступая место липкому, тошнотворному страху.
– Лаванда, – пищит Рози, – прости меня!
Я сжимаю кулаки, чтобы унять дрожь:
– Сейчас не время. Надо выбираться отсюда. Поговорим позже.
Не обращая внимания на невнятные возражения Итана, я обхожу его и широким шагом иду по дороге, по-прежнему держа фотоаппарат перед собой.
– Лаванда, подожди, – говорит Итан и хватает меня за плечо.
Я резко разворачиваюсь, и он попадает в кадр. Итан вскидывает брови, а у него над головой появляется зубастая улыбка. Я застываю как вкопанная, успев только раскрыть рот.
– Что? – спрашивает Итан. – У тебя такой вид, как будто ты увидела… – Тут он осекается, и его голос взлетает на целую октаву: – …привидение?
Существо улыбается ещё шире, и его глазные впадины смотрят мне в самую душу. Тягучая оранжевая мякоть стекает с его клыков и с отвратительным хлюпаньем падает на кудрявые волосы Итана.
– Итан, – только и удаётся мне проскулить, – беги!
Итан с отвращением выдирает из волос тыквенную мякоть. Тягучая жижа липнет к пальцам. Взвизгнув, он стряхивает её на землю, разворачивается и бьёт существо кулаком. Но его рука проходит только сквозь туман, потому что монстр снова растворяется в ночи, с улыбкой ещё более злобной, чем прежде.
Шуршание, словно кто-то идёт по кукурузному полю, раздаётся у меня за спиной. Итан вертит головой во все стороны, и я толкаю его в спину, чтобы он не стоял на месте.
Мы втроём со всех ног бежим по тропинке. Чудовище действительно существует! Но как такое возможно?! И как оно ухитряется исчезать?! У меня сердце уходит в пятки, и я усилием воли заставляю себя думать только о том, как найти выход.
Мы хотя бы в нужном направлении бежим? Я уже ничего не понимаю. Тропа, конца которой не видно, по-прежнему уходит куда-то в поле, на вид такое же бескрайнее, как усыпанное звёздами небо у нас над головой. Я напрягаю слух в надежде услышать карнавальную музыку и шум толпы, но тщетно.
Справа от меня Рози оглядывается назад и пронзительно кричит.
– Смотри!
Итан спотыкается, и мы врезаемся в него. Пугало высотой по меньшей мере футов семь идёт по тропе прямо на нас. От него исходит неестественное свечение, которое только добавляет жути этой огромной кукле, как будто явившейся из фильма ужасов. Пугало идёт дёрганой походкой, по очереди переставляя деревянные шесты-ноги. Но хуже всего то, что на месте головы у него белая тык-ва с клыками длиной с моё предплечье, и с них капает оранжевая жижа.
Итан снова чешет голову с таким видом, будто сейчас хлопнется в обморок:
– Как оно нас догнало?!
Пугало останавливается в нескольких футах от нас и угрожающе поднимает грабли, служащие ему рукой.
– Потому что это не живое существо, – говорю я. – Это призрак, или паранормальное явление, или что-то подобное. – Панический страх поднимается у меня внутри, и я хватаю Рози за руку. – Бежим! Мы не должны останавливаться!
– Куда? Оно тут всё перевернуло. Я сомневаюсь, что эта тропа вообще куда-то ведёт, – прерывающимся голосом говорит Итан. – Чего ему надо?
Рози хватает нас с Итаном за руки и тащит на обочину, в заросли кукурузы.
– Что ты делаешь?! – тонко вскрикнув, спрашиваю я. – Хочешь, чтобы мы окончательно потерялись?! Так мы не увидим, если та тварь будет подкрадываться к нам!
– Шшш! – и Рози указывает куда-то сквозь листья. – Мы спрячемся в том сарае.
