Мне хочется сказать ей, что у материальных объектов не может быть воспоминаний, но я держу рот на замке. Может, Рози в чём-то и права. Может быть, действительно возможно находиться в двух местах одновременно. Может быть, даже у меня есть такая способность.
Итан кивает:
– Ага. Уверен, Олвен каким-то образом настроила зеркало, чтобы показать тебе то воспоминание. То, что ты видела, наверняка произошло перед тем, как все члены ковена пропали. Сара как-то связана с их исчезновением. Похоже, что она предала их.
– Но в списках участников ковена, которые мы нашли в Сети, не было имени «Сара», – возражаю я.
– Скорее всего, она сменила имя, – говорит Рози. – Очевидно, что после этой истории она решила залечь на дно.
Мне вспоминаются слова Сары: «Но я готова заплатить эту цену, чтобы прибрать ковен к рукам и организовать всё так, как нужно мне. Как только я на веки вечные заточу здесь Блейза и всех остальных, лишив их всех сил, они пожалеют, что не послушали меня».
– Она хотела захватить власть в ковене, – говорю я остальным. – Она сделала стратагему. После того как Блейз ушёл, она сказала, что собирается заточить в ней их всех. И тогда они лишатся своих сил.
Рози сглатывает:
– Пресвятые ёжики! Значит, она злая ведьма. И очень сильная. Интересно, кто она на самом деле. Точно не Олвен и не Блейз, у нас остаются Хейзел, Никс и Уилнот.
– И кто-то из них ещё заточён в стратагеме, – напоминает Итан.
В зеркале Олвен опять манит меня к себе пальцем. Я мотаю головой и делаю шаг назад:
– Ни за что. Я больше не это не подпишусь.
Рози указывает на зеркало:
– А вдруг она хочет показать тебе что-то важное? Что-то про Сару и ковен?
– Что может быть важнее того, чтобы выбраться из этого жуткого места? – Я вспоминаю, что Сара ушла отсюда с какой-то книгой. Наверное, это была книга с какими-то заклинаниями, и я сомневаюсь, что она хочет использовать их во благо. – Серьёзно: что, если Сара вернётся? Что, если она и заперла нас здесь?
– Если мы поднимемся назад в библиотеку и она в этот момент вернётся, то в два счёта с нами расправится, – говорит Рози. – С другой стороны, можно посмотреть, что за вон той дверью. Может быть, туннель, который ведёт либо на улицу, либо в другую комнату, где находится что-то похуже, чем в этой. Какие-нибудь чудовища Франкенштейна, которых уже поминал Итан.
Олвен в зеркале отчаянно жестикулирует, пышные волосы разметались по плечам.
Итан вздыхает:
– Я за то, чтобы выслушать мёртвую ведьму. Очевидно, что она хочет нам помочь. Если Лав этого не сделает, то сделаю я.
Итан решительно подходит к зеркалу и кладёт руку на раму. Ничего не происходит – ну разве что Олвен закрывает лицо ладонью и закатывает глаза.
Рози подходит к Итану и тоже касается рамы. И опять ничего не происходит. Рози поворачивает голову ко мне:
– Это можешь сделать только ты. – Она хмурится. – Разумеется, я не могу тебя заставить. Если ты не хочешь, мы с Итаном подумаем, что ещё можно предпринять.
Я закусываю губу: мне страшно от одной мысли, что придётся снова проваливаться в зеркало. Но Рози права: если мы поднимемся в библиотеку и будем там ждать, то кто нас найдёт? Может быть, Сара. Или даже Блейз. Да, Сара его предала и обманула – но это ещё не значит, что он хороший человек. Он не возражал против заточения хранителей в шкатулке-тюрьме. К тому же, если я хочу доказать Рози, что действительно сожалею о своих словах, я должна совершить какой-то значимый поступок. Прыгнуть в зеркало – это же будет сильно, да?
Не глядя на Рози и Итана, я иду к зеркалу, стараясь подавить страх. Улыбка Олвен становится шире, а я кладу обе руки на раму. Мир вокруг накреняется, и я слышу жужжание в ушах, когда вновь проваливаюсь в пустоту.
Я приземляюсь на бок и сильно ударяюсь локтем о холодный бетонный пол. Руку пронзает острая боль, и я подавляю вскрик.
Комната выглядит так же, как и прежде, но теперь здесь темно. Единственный источник света – маленький трепещущий огонёк у дальнего книжного шкафа. Когда глаза привыкают к полумраку, я понимаю, что это кто-то держит в руках свечу. К нему склонились ещё двое, до меня доносятся их приглушённые голоса.
Женский голос звучит напряжённо:
– Хейзел убьёт нас за то, что мы взяли книгу-ключ. В ней должен был быть только пароль от лестницы.
Потом я узнаю хриплый голос Блейза:
– Нет, Никс убьёт нас, если мы ничего не предпримем. Причём немедленно. Уилнот, ты нашёл гримуар?
– Нашёл.
От группы отделяется высокий худой человек, идёт к постаменту и кладёт на него две книги. Его низкий голос разносится по всей комнате:
– А Хейзел поймёт. Мы делаем это, чтобы спасти ковен. Она поверит нам после того, что случится сегодня вечером, когда Никс не сможет заколдовать стратагему и заточить нас в ней. – Он поводит рукой в сторону женщины, которая держит свечу – Олвен, как я понимаю. – Посвети мне, чтобы я видел, что делаю.
