Лавандовый сад полностью

– Да, очень грустно, что вы с Себастьяном выросли без родителей. Никогда не знали ни отца, ни матери. – Эмили вздохнула. – А я вот в детстве часто фантазировала себе, что я у своих родителей приемная дочь, что они взяли меня из какого-то приюта. Вот если бы у меня была родная мать, думала я тогда, то она наверняка любила бы меня. Ну хотя бы чуть… У меня ведь, в сущности, было такое одинокое детство. При всем том, что я жила в роскоши, в красивых дворцах, только все это было мне не нужно.

– Большинство людей жаждут заполучить невозможное, – глубокомысленно заметил Алекс. – А все ведь просто. Нужно проснуться в один прекрасный день и сказать самому себе, что все твои желания тщетны. Лучше взглянуть по-новому на то, чем ты реально обладаешь, и это станет первым шагом на пути к самоудовлетворению. Жизнь – это как лотерея. Барабан вращается, и какой следующий номер выпадет тебе, никому не известно. А потому надо по максимуму распорядиться тем, что у тебя уже есть.

– Да вы самый настоящий психотерапевт! – уважительно воскликнула Эмили.

– А кто из нас не занимался психоанализом, а? – широко улыбнулся в ответ Алекс.

– Я не занималась, – тоже улыбнулась Эмили.

– Ну и слава богу. Лично я уже тоже перестал копаться в собственной душе. Засасывает, знаете ли… К тому же в этом психоанализе многое попросту не работает. Да, он помогает тебе понять, почему ты попал в то или иное затруднительное положение, и тут же предлагает поискать виновника всех твоих бед где-то на стороне. То есть как бы уже изначально оправдывает твое плохое поведение. Один психотерапевт на полном серьезе заявил мне, что я имею полное право злиться на кого угодно. И я злился целый год… Это было здорово, честно! Но потом я понял, – Алекс снова вздохнул, – что таким своим поведением отпугиваю от себя всех, кто мне по-настоящему дорог.

– А я вот никогда не злюсь, – призналась в свою очередь Эмили.

– Ну, да, – неопределенно хмыкнул в ответ Алекс. – Разве что чуть-чуть… Например, когда залепили мне пощечину на кухне какое-то время тому назад.

Эмили покраснела.

– Вы правы.

– Прошу прощения. Я использовал запрещенный прием. И все же продолжаю настаивать на том, что иногда полезно даже для здоровья выпускать пар из трубы. А вот постоянно пребывать в состоянии озлобления – это уже плохо. Со мной такое бывало. Впрочем, все мы люди, не так ли, Эмми? – Алекс слегка покачал головой. – И столько в нас всего напутано, наверчено…

– Судя по всему, себя вы уже изучили досконально, – сказала Эмили с нескрываемым восхищением в голосе.

– Изучил, – согласился с ней Алекс. – И пришел к выводу, что я никогда не перестану удивлять себя. Было время, когда я превратился из озлобленного на всех и вся наркомана в безвольное и беспомощное существо с неподъемной задницей и тотальным контролем извне, который может расстроиться из-за любого пустяка. Например, потому что нарушен привычный распорядок его дня. Пришлось брать себя в руки. Все, что я могу контролировать сегодня, – это самого себя. И мне совсем не хочется снова возвращаться на скользкий путь полусонного существования человека, зависящего от наркотиков.

– Восхищаюсь вашей железной выдержкой и самодисциплиной! – с чувством воскликнула Эмили. – Алекс, можно один нескромный вопрос? В вашей жизни был человек, который был вам по-настоящему близок?

– Вы имеете в виду женщину?

– Да.

– О, я состоял в близости с огромным числом женщин, в интимной близости, я имею в виду. Правда, ни одна связь не продлилась слишком долго. Если честно, Эмми, то я, наверное, был просто не способен в прошлом на длительные отношения, только и всего.

– А сейчас? Ведь вы же стали совсем другим.

Алекс бросил на нее внимательный взгляд.

– Что ж, если я встречу подходящую женщину, почему нет? Мне бы даже очень хотелось этого.

– Думаю, вы обязательно встретите такую женщину.

– Все может быть, все очень даже может быть, – рассеянным тоном бросил Алекс, взглянув на свои часы. – А сейчас я поведу себя непозволительно грубо и попрошу вас выметаться из моих апартаментов. Мне еще нужно успеть проверить акции своих нефтяных компаний. Сейчас уже за полночь, как раз открываются фондовые биржи на Дальнем Востоке.

– Неужели уже так поздно? – удивилась Эмили. – А я и не заметила, как время пролетело. Спасибо за прекрасный вечер. И фуа-гра была выше всяких похвал.

– Рад, что вам все понравилось, Эмми.

– Завтра я приведу к вам показать вашу новую помощницу Джо. – Эмили задержалась на секунду уже у двери. – Знаете, Алекс, мне так жаль, что Себастьян никогда не видел вас таким.

– Мой брат предпочитает видеть только то, что он сам желает видеть. А я реагирую соответственно. Спокойной ночи, Эмми.

– Спокойной ночи.

Через двадцать минут Эмили уже лежала в постели и с удовольствием оглядывала свою похорошевшую после всех переделок спальню. Мысли ее снова вернулись к недавнему ужину.