Они поприветствовали друг друга, мило прощебетав какие-то бессвязные фразы, приличествующие случаю, после чего Венеция уселась рядом с ней. Она по-прежнему играла роль богатой парижанки, вот только сегодня совсем не озаботилась тем, чтобы сделать себе соответствующий макияж. Она сильно похудела, бросалась в глаза неестественная бледность лица.
– Спасибо, что выручила меня в прошлый раз. Большое спасибо, – поблагодарила ее Венеция и вытащила из сумочки пачку «Голуаза». – Закуришь?
– Нет, спасибо.
– А я вот только на одних сигаретах и живу. Они помогают хоть как-то перебить чувство голода, – проговорила Венеция, закуривая.
– Может, тебе нужны деньги на еду? – торопливо поинтересовалась у нее Конни, довольная тем, что может какой-то малостью помочь подруге.
– Нет, спасибо. Дело не в деньгах. Просто я скачу по городу, словно заяц. Прыгаю с места на место, чтобы боши – не дай бог! – не засекли мой передатчик. Словом, я всегда в пути, мотаюсь вокруг на своем разбитом вдрызг велосипеде. А с таким распорядком дня трудно выбрать себе время, чтобы сесть и спокойно поесть.
– Ну как у тебя дела? – поинтересовалась у нее Конни.
Венеция сделала глубокую затяжку.
– Да как тебе сказать… Шаг вперед, два шага назад. Во всяком случае, наша группа приобрела более организованный вид, чем тогда, когда я приехала сюда летом. Но лишняя пара рук нам, знаешь, никогда не помешает. Я вот что подумала… Не имеет значения, что ты больше не являешься агентом британских спецслужб. В конце концов, ты можешь помочь нам как самая обычная рядовая француженка. А там… Я познакомлю тебя с людьми, с которыми сейчас работаю. Быть может, они помогут тебе покинуть Францию.
– Правда? – обрадовалась Конни, мгновенно почувствовав прилив душевных сил. – Если бы ты только знала… Да, я понимаю, что моя жизнь смотрится со стороны этакой развлекательной прогулкой, особенно в сравнении с твоей жизнью. Но я готова на все,
– Я, между прочим, уже сообщила своим товарищам, как ты мне здорово помогла. Уверена, они тоже помогут тебе выбраться из Франции. Я приглашаю тебя принять участие в нашей следующей сходке. Пока ничего конкретного обещать не могу. Ты же знаешь, вокруг полно предателей, любой может навести на нас немцев. Но, как говорится, долг платежом красен. Ты оказала мне большую услугу. Теперь моя очередь. К тому же ты моя подруга. И мне по-настоящему жаль тебя. Сидишь там в четырех стенах и развлекаешь этих паршивых свиней.
Венеция одарила Конни теплой улыбкой, и на мгновение Констанция увидела перед собой прежнюю Венецию: ее красота словно проступила через изможденное и усталое лицо.
– Кстати, – добавила она как бы между прочим, – я слышала, что тот парень, у которого ты сейчас столуешься, вроде бы один из очень важных людей в Сопротивлении. Мне рассказывали, что в Париже живет какой-то богач. Так вот он – номер два в списке руководителей после Мулена, зверски убитого гестаповцами. Его имя высокочтимо в рядах всех участников Сопротивления. Словом, если твой хозяин и есть этот номер два, тогда понятно, почему Лондон был вынужден ради него пожертвовать тобой и твоей блистательной карьерой агента спецслужб, когда ты так не вовремя появилась на пороге его дома, представ перед взорами его гостей-гестаповцев. Однако мне пора. – Венеция поднялась со скамьи. – Все подробности предстоящей сходки, время, место сбора и все остальное я сообщу тебе в четверг. Итак, встречаемся на этом же месте. Будь здорова!
В четверг Конни снова пошла на прогулку в Тюильри, но Венеция в парке так и не появилась. Не появилась она в назначенное время и в последующие четыре дня, хотя Конни продолжала регулярно посещать парк и подолгу сиживала на скамейке в ожидании подруги. Венецию она увидела лишь на пятый день. Она проехала мимо Конни на своем велосипеде, сделав вид, что не знает ее, и бросив на ходу сквозь зубы:
– Сегодня вечером в девять часов, девятый муниципальный округ, кафе де ла Пэ.
После чего, даже не повернув головы в ее сторону, укатила прочь.
Вернувшись с прогулки домой, Конни стала прикидывать, как ей выскользнуть вечером из дома незамеченной. Ведь яснее ясного, что Эдуард не выпустит ее в столь поздний час на улицу одну, без сопровождения. Тогда она решила, что самое лучшее, если за ужином она сошлется на головную боль и сразу же уйдет к себе. Обычно Эдуард в это время тоже запирался в своем кабинете. После того как она убедится, что Эдуард действительно работает у себя в кабинете, она тихонько спустится вниз на кухню, а оттуда через погреб выберется на улицу. Ведь входная дверь, ведущая с улицы, до сих пор стоит незапертой, так как ключ утерян.
Но не успели они отужинать, после чего Эдуард сразу же уединился в своем кабинете, а Конни уже приготовилась к реализации своего плана, как в дверь позвонили. Сара пошла открывать дверь. Через какое-то время она снова возникла в столовой.
– Полковник Фальк фон Вендорф желает видеть вас, мадам Констанция. Он ждет вас в гостиной.
