– Антон живет у нас уже несколько дней, – пояснил ей Жан. – Его мама сейчас в больнице.
– Марго? А я и понятия не имела, что она заболела. С ней все в порядке? – озабоченно нахмурилась Эмили.
– Да, надеюсь, все обойдется. – Жан бросил на нее предупредительный взгляд. – Вот я и взялся пока обучать Антона всем нашим секретам виноделия. Папа сейчас отдыхает в саду. Можете присоединиться к нему там. Я тоже подойду через пару минут.
Жак выглядел значительно бодрее, чем два дня тому назад. Он даже заулыбался при виде Эмили и протянул ей свою иссохшую руку для рукопожатия.
– Я так и подумал, что вы там не задержитесь надолго и вскоре вернетесь обратно. Не спрашиваю о причинах, Эмили, но всегда готов выслушать.
– Спасибо, Жак. – Эмили уселась за небольшой столик рядом со стариком. – Скажите мне, что с Марго?
– Антон остался в винодельне вместе с Жаном? – спросил у нее Жак, заметно нервничая.
– Да.
– Тогда, Эмили, я скажу вам всю правду. И она печальна. Дело в том, что Марго очень больна. Но она лишь на прошлой неделе стала жаловаться на сильные боли в желудке и в области спины. Хотя, конечно, недомогать она стала гораздо раньше, просто, как водится, не обращала внимания на свои болячки. Она пошла к врачу в тот самый день, когда вы уехали в Ниццу. И тот сразу же направил ее в больницу. Мальчуган еще пока ничего не знает… Врачи диагностировали у Марго рак яичников, причем уже на поздней стадии. Сегодня ей делают операцию, – Жак сокрушенно пожал плечами, – но прогнозы не очень оптимистичные.
– Нет, Жак! – в отчаянии воскликнула Эмили. – Все, что угодно, но только не это… Марго мне была как мать, когда я наезжала сюда уже после смерти папы.
– Да, она очень славная женщина, это правда. Будем надеяться на лучшее.
– Я обязательно навещу ее в больнице в ближайшие же дни, – пообещала Эмили.
– Марго очень обрадуется вашему визиту. Ну а как вы сами, Эмили? – Жак внимательно обозрел молодую женщину. – Каковы ваши ближайшие планы?
– В данную конкретную минуту понятия не имею, – печально покачала головой Эмили.
Все последующие несколько дней Эмили отсыпалась, ела, регулярно наведывалась в замок, чтобы посмотреть, как там продвигаются работы, а еще возила Антона к матери в Ниццу. Операция оказалась безрезультатной, и состояние Марго было очень тяжелым. Эмили оставила на какое-то время Антона возле постели матери. Сердце у нее разрывалось от боли, глядя на то, как старательно мать и сын пытаются сделать вид, что все нормально.
Когда Антон отправился спать – его временно поместили в небольшом кабинете Жана на первом этаже и стелили прямо на полу на надувном матрасе трое старших обитателей дома принялись обсуждать, что будет с мальчиком, если его мать так и не оправится от болезни.
– Отца у Антона тоже нет. Умер. А как насчет других родственников? – спросил Жан.
– Кажется, у него есть тетя в Грасе, – обронил Жак. – Наверное, с ней стоит связаться.
– Свяжемся, – мрачно пообещал отцу Жан. – Но не забывай, я крестный отец мальчика. Может, предложим ему пожить вместе с нами?
– Временно – да. Но не постоянно. Мальчику все же нужна рядом женщина, – задумчиво обронил Жак. – А в этом доме и так слишком много мужчин.
– Антону уже тринадцать. Думаю, он и сам может озвучить нам, чего хочет, – продолжал упорствовать Жан.
– Кстати, о доме, – вмешалась в разговор Эмили. – Я прослышала, что тут поблизости продается небольшой домик. Расположен на виноградниках семьи Боанасье. Собираюсь завтра подъехать к ним и взглянуть на их недвижимость своими глазами. Вчера мы уже переговорили с мадам Боанасье по телефону. Из ее слов все выглядит очень заманчиво.
– Зачем такая спешка? Вас же никто не гонит отсюда, – недовольно заметил ей Жан.
– Знаю. Вы с Жаком очень добры ко мне. И терпеливы тоже. Но мне пора начинать думать о собственном будущем.
После того как Жак поднялся к себе в комнату, Эмили с Жаном принялись наводить порядок на кухне.
– Ваш отец более не возвращался в разговорах с вами к теме ребенка Софии? Может, он уже созрел для того, чтобы рассказать нам о том, что стало с девочкой? – поинтересовалась Эмили у Жана.
– Нет, пока ни о чем таком он не заводил речь. Я его тоже не подталкиваю. Отцу в последнее время заметно полегчало. Не хочу лишний раз расстраивать его.
– Жак – просто чудо. Кремень, а не человек, – восхитилась Эмили. – Вот она, ирония судьбы. В какой-то момент я уже мысленно была готова попрощаться с ним навеки. И вот… прощаться, скорее всего, надо будет с Марго. Сегодня она выглядела просто ужасно, Жан. Но Антон держался молодцом.
– Хороший он мальчик, – согласился с Эмили Жан. – К несчастью, рано потерял отца, а потому был особенно близок с матерью. Между прочим, папа тоже попросился свозить его в Ниццу завтра после обеда. Хочет повидаться с Марго, причем наедине. А потому, если вы не против, то я оставлю Антона на вас, договорились?
– Конечно. Тогда мы вместе с ним отправимся смотреть дом. Никогда бы не подумала, что это Жак будет навещать умирающую Марго в больнице, а не наоборот, – снова вздохнула Эмили.
