Лия боялась признаться, что череда невезения — её рук дело. Ведьма не знала наверняка, насколько способствовало тому, что Кристофера едва не убили, но нельзя исключать того, что сама Пресветлая сделала так, чтобы она нашла мужчину и исправила то, что натворила. Лия глубоко вдохнула, собираясь с решимостью.
— Я прошу прощения, — промямлила она.
— За что? — Кристофер остановился и протянул руку, касаясь её плеча.
— Это я тебя прокляла… Не насмерть… Невезение. Я подсунула тебе проклятую вещь, чтобы отогнать удачу.
— Я так и знал, что это всё неспроста было, — он неожиданно улыбнулся. — Вот для чего была та сцена на улице! Ну и страшна же ты в гневе. На всю жизнь запомню, что красивых ведьм лучше не злить.
— Ты не обижаешься?! — растерялась Лия.
— Месть у тебя, конечно, страшная, но нет, не злюсь и не обижаюсь. Я сам вёл себя как последний козёл.
— Не последний, — отмахнулась Лия. — Последний — Эдвард Аспис. А ты — предпоследний.
— Ну спасибо, — лицо Кристофера приобрело наигранно-осуждающее выражение. — Мир?
— Мир, — согласилась Лия.
— А теперь примирительные объятия! — возликовал Бальтазар.
— Да ну тебя! — попыталась возмутиться Лия, но Кристофер сгрёб её в охапку, прижимая к себе, утыкаясь лицом ей в шею. По коже прокатилась волна жара от его дыхания. Сердце споткнулось в груди, а воздух комом застрял в горле.
— Спасибо, что не бросила, — прошептал мужчина ей на ухо, а по коже пронесся табун мурашек.
Прежде, чем Лия успела что-то сделать или ответить, Кристофер отстранился.
— Раз с этим решили, то я всё же помоюсь.
Лия не нашла в себе сил спорить и старательно делала вид, что произошедшее её не смутило.
В ванне она заткнула пробкой слив, настроила воду и высыпала в неё пригоршню кориандра. Семена кинзы ценились у кулинаров за душистый аромат и сочетаемость с большинством продуктов, будь то хлеб, мясо, птица, овощи и даже некоторые виды рыбы. Кориандр подходил ко всему. Благодаря ему блюда приобретали аппетитный аромат и богатый вкус. Ведьмы ценили кориандр за общеукрепляющие свойства. Раны после ванны с кориандром заживали быстрее, да и прилив сил был гарантирован.
— Ты туда ещё морковку и лучок покроши, — предложил Бальтазар. — Будет супчик из инквизитора.
— А ну цыц! — огрызнулась ведьма. — Будешь следить за ним, чтобы не утонул на радость врагам и не устроил потоп.
— Это твой мужик! — зашипел кошак. — Сама за ним следи.
— Я не буду сидеть в ванной с голым мужиком!
— А ты к нему не залазь, — предложил фамильяр. — Просто рядом постой. Зачем сразу в ванну лезть.
— А вас не смущает, что я как бы тоже здесь? — аккуратно поинтересовался Кристофер.
— Нет, — отмахнулась ведьма.
— Конечно, что она там не видела, — промурчал Бальтазар и ловко увернулся от полотенца.
— Ты посмотри на него! — полыхала праведным гневом ведьма. — Совсем от рук отбился!
— А ты его воспитываешь? — удивился мужчина.
— Да тут уже поздно, — показательно вздохнула Лия. — Разберёшься, что к чему? Бальтазар поможет, если понадобится.
— Думаю, справлюсь. Не волнуйся.
Лия кивнула и прикрыла за собой дверь. Тайник под кроватью, где лежала одежда Кристофера, никто не заметил ни во время первого обыска, ни во второй раз. Именно в нём прежде хранились дневники бабки — кладезь знаний о свойствах трав и всякой запрещёнке. Лия его нашла лишь потому, что тот отозвался на её колдовство, и потом полдня пыталась понять, как открыть тайник так, чтобы не пришлось тратиться на ремонт пола.
Сейчас она понимала, что мысль припрятать мужские вещи была вложена в её голову не иначе, как Пресветлой. Если бы во время обыска кто-то нашел барахло инквизитора, то у них были бы проблемы… Лия прихватила вещи и пошла в ванную.
— Белья на тебя у меня нет, — она распахнула дверь. — Но вещи твои…
Слова застряли в горле. Как-то она не ожидала, что мужчина успеет так быстро раздеться… Он резко обернулся, заметно смутившись. Тут же понял, что это была плохая идея, и отвернулся, вновь демонстрируя ей вид сзади. Впрочем, тоже неплохой.
— Может, всё же вместе помоетесь? — ехидно предложил Бальтазар. Вот уж кто наслаждался ситуацией.
— Да иди ты знаешь куда! — рявкнула Лия, бросив в кота ворох мужской одежды и хлопнула дверью.
Рассвирепевшая ведьма метнулась в лавку, меряя её шагами, как мантикора клетку. Это ж надо было так вляпаться! И не докажешь ведь, что это вышло случайно. Ещё и Бальтазар с его пошлыми шуточками. Управы на него нет. Жаль, что фамильяра нельзя кастрировать, как обычного кота.
Жить под одной крышей с Кристофером становилось сложно. Ещё и красивый, гадёныш! С лица малость спал из-за проклятия, но всё остальное при нём. И плечи, и кубики пресса, и подтянутые ягодицы… Лия оторопело замерла, поймав себя на развратной мысли. К щекам тут же прилила кровь. Да что же это с ней творится?! Успокоительный чай совсем не помогал.
