К началу 1874 года, когда редакция из Цюриха переехала в Лондон, личные и деловые отношения между Лавровым и Ткачевым были уже испорчены. Ткачеву стало ясно, что ему не удастся изменить политическую физиономию «Вперед!». Тогда он решил апеллировать к общественному мнению: написал брошюру «Задачи революционной пропаганды в России», в которой изложил свои разногласия с Лавровым. Это было открытое письмо редактору «Вперед!», в котором Лавров третировался как человек, примазавшийся к революционному движению. Ткачев не жалел жестких выражений по адресу Лаврова: «Вы половину своей жизни служили на службе у русского правительства, получая от него чины и награды», «вы всегда держались в стороне от всех наших революционных кружков», «вы не верите в революцию и не желаете ей успеха»… Резко критикуя программу «Вперед!», Ткачев противопоставил ей собственные взгляды на суть революционной борьбы.
Реагировать нужно было немедленно. На брошюру Ткачева Лавров ответил отдельным изданием: за неделю написав текст, он прочел его в редакции и, получив одобрение, отдал в набор. Через сутки полемическая брошюра «Русской социально-революционной молодежи» вышла в свет. В ней Лавров развенчивал бланкистское, заговорщическое понимание революционного переворота в России.
Дело в том, что Ткачев в резкой форме упрекнул редактора «Вперед!»: «Ваша революция есть не иное что, как утопический путь мирного прогресса. Вы обманываете и себя и читателей, заменяя слово прогресс словом революция. Могут быть одинаково целесообразны различные формы пропаганды и агитации, но при этом важно одно — немедленно действовать: «Вопрос «Что делать?» нас не должен больше занимать. Он уже давно решен. Делать революцию. Как? Как кто может и умеет», — энергично настаивал Ткачев.
Против такого нетерпения и выступил Лавров. «Вы
В эту пору Лавров особенно часто обращал свой мысленный взор к Чернышевскому: ведь не кто иной, как Николай Гаврилович, решительно доказывал необходимость самодеятельности народа, серьезной подготовки его к социальному перевороту.
Прибыв в 1870 году в Париж, Петр Лаврович через эмигранта В. А. Озерова обратился к М. К. Элпидину (основателю русской типографии в Женеве) с просьбой прислать вышедшие тома книг Чернышевского. Элпидин 9 сентября выслал второй, третий и четвертый тома первого издания произведений Чернышевского.
Летом 1872 года известный впоследствии публицист Н. Ф. Даниельсон отправил Марксу с другими русскими изданиями и рукопись Чернышевского «Письма без адреса». Стал вопрос о ее издании. Об этом был оповещен организатор русской секции Первого Интернационала Н. И. Утин. 1 ноября 1872 года он писал из Женевы Марксу: «Я горю желанием узнать, что это за
Потерпев неудачу с освобождением Чернышевского, отсидев много месяцев в иркутском остроге и совершив дерзкий побег, Лопатин летом 1873 года появился в Париже. Выяснив ситуацию, он договорился с Лавровым об издании «Писем без адреса». Уезжая в Лондон, он 22 ноября 1873 года писал в Цюрих Лаврову: «В Лондоне постараюсь выручить известную рукопись и пришлю ее тотчас же». Редакция с нетерпением ждала текст Чернышевского. 13 декабря рукопись «Писем без адреса» поступила. Лавров тут же ответил Лопатину благодарственным письмом: «Крепко, крепко благодарю Вас за присылку рукописи… В 6 часов приехала Идельсон; в 10 мы в общем собрании прочли рукопись. Теперь Линев уже взял ее, и завтра… вся типография станет с утра на ее набор».
Текст набирался с необычайной быстротой. 11 января 1874 года Лавров сообщил Лопатину, что перед ним «лежит готовый и с оберткой, но не брошюрованный экземпляр «Писем без адреса». Через день издание Чернышевского было завершено, а 14 января 20 экземпляров отправлено в Париж Лопатину.
Получив брошюру Чернышевского, Лопатин выразил свое удовлетворение, что должным образом было оценено в Цюрихе. «Очень рад, что брошюра Вам понравилась, — писал Лавров Лопатину, — а то я побаивался Вашей взыскательности. Посылайте ее Марксу, Энгельсу и Утину».
