“ Лея д’Арсе была бы счастлива ужинать этим вечером с месье Принсом и будет ждать его в семь часов ”.
А! целое письмо, восьмидневной давности, письмо о драгоценностях.
“ Дорогой друг,
мне непременно нужно от Вас двести франков, чтобы спасти мои драгоценности или, по крайней мере, ту сумму, на которую они заложены. Если Вы будете так добры и окажете мне эту услугу, Вы доставите большое удовольствие Вашему милому другу Лее, которая не могла бы без огорчения смотреть, как распродают ее бедные драгоценности. Продажа назначена на послезавтра, то есть на вторник, и во второй половине дня они непременно пропадут, если сумма не будет доставлена в контору ; мне только что прислали уведомление. Будьте добры ко мне, и я буду еще более мила с моим единственным истинным другом, который мне так дорог. Мари придет завтра в одиннадцать часов, чтобы узнать о Вашем решении ”.
Это было досадно, драгоценности были заложены только на сто двадцать франков, и оставалось еще пятнадцать дней отсрочки ; я заплатил эти сто двадцать франков ; с тех пор она ничего не просила ; уже восемь дней ; ах, она опять чего-нибудь попросит ; не следует, однако, позволять ей слишком многое ; это становится тяжело, все эти деньги.
“ Дорогой друг, вернувшись домой, я узнала… ”
Это ее последнее письмо, позавчерашнее.
“ …я узнала, что Вы приходили меня проведать ; но, к несчастью, меня не оказалось на месте. Чтобы застать меня наверняка, приходите завтра, в воскресенье, в час или в час тридцать, я буду у себя. До завтра, остаюсь Вашей. Лея ”.
Мы действительно встретились вчера в час ; она была сама грациозность, такая улыбчивая, даже ласковая ; а я? что, черт возьми, на меня нашло? на мгновение я слишком сильно сжал ее в своих объятьях, слишком страстно ; она взглянула на меня ; я прошептал “ Лея “ с преувеличенной нежностью ; что мне мешает вести себя так, как мне хочется? Лея казалась удивленной, не обиженной, но удивленной ; немного насмешливой, возможно ; зачем тогда все эти ласки? сама виновата ; она так красива, так соблазнительна в широких светлых тканях ; из платьев ей, наоборот, больше всего идут черные ; ее черное сатиновое платье, одноцветное и облегающее, в котором округляется недоступная грудь… Но уже почти полдесятого ; пора идти. Так и не записал то, что собираюсь сказать ; ну и ладно! так вспомню ; к тому же у меня есть бумажка месячной давности. Встаю ; шляпа ; перчатки в кармане пальто. Все в порядке? письма в ящике. Перед уходом нужно перечитать эту бумажку.
“ Как только я окажусь в ее комнате… Вы не верите, что я люблю вас?.. Я безумно желал вас ; пусть это безумие будет моим оправданием… Вас о прощении… Я мог бы остаться здесь сегодня ночью… Я возвращаю вам ваше тело… Прощайте ”.
Прощайте, прощайте, вперед. Лестница будет освещена лампой ; открываю дверь ; гашу свечи ; так ; не будем торопиться ; дверь закрыта ; спускаюсь ; перчатки ; чистые, да, ничего. Черт побери, я смогу вспомнить, я обязательно вспомню то, что я должен сказать Лее ; ничего проще, ничего естественней ; она, наконец, поймет, почему я отказываюсь от своих прав на нее, и как я люблю ее, и почему не возьму ее… Мог бы остаться здесь сегодня… друг мой, я покидаю вас… Она поймет ; ничего естественней и ничего проще… Я вспомню… Вы не верите, что я люблю вас… Я безумно желал вас… All right… Я возвращаю вам ваше тело…
VI
