Ледяной ветер неприятно холодил кожу, по всему телу девушки пробежали мурашки. Илви не понимала где находится, не знала что скрывает за собой густой туман подкрадывающийся на манер хищника. Секунда. И клочья белоснежной ваты окутали со всех сторон, мешая увидеть что-либо дальше вытянутой руки. Воительница поняла что находится во сне, что всё происходящее с ней лишь фантазия уставшего мозга, который не дремлет в отличие от хозяйки. Подул ветер, хлопья тумана разлетелись в сторону, некто совершая тихие шаги, показался впереди.
Илви замерла, ощущая на себе чей-то пристальный взгляд. Через секунду показавшуюся вечностью, она узнала кем был таинственный наблюдать. Туман уступал ему дорогу, направляя к будущей собеседнице. И следует сказать девушка, будь она в бодрствующем состоянии, непременно бы обрадовалась встрече. Но нечто внутри мешало это сделать, сдавливая улыбку, скаля клыки.
— Илви. — Родной голос шамана, которой девушка слышала с самого рождения стал очередным потоком ветра, прошедшим по волосам. Старик стоял опёршись на небольшую палку, задумчивым взглядом глядя на давнюю ученицу. Во второй руке он сжимал ножны, те самые сделанные из древесины с красивым узором. Их девушка увидела не сразу, а после осознание того, что её оружие держит пожилой мудрец, сглотнула подступившее волнение.
— Шаман…
— Ты выросла дитя, стала сильнее, мудрее, спокойнее. Судьба говорила со мной, в тот день, в час прибытие разведчиков. Ты помнишь Гвиньяра?
Помню — одними губами прошептала Илви, пытаясь сдвинутся с места, но ноги тонули в тумане, мешая пошевелить даже пальцем. Она действительно помнила тот день, в мельчайших деталях. Шум и гам у ворот, крик разведчиков, подбегающие сородичи и приказ об отправке — все эти сцены всплывали в сознании, появляясь в туманной вате.
— Я не смог тебя защитить как обещал Багруму, не смог заплатить Судьбе кровавую монету и не обучил тебя как было велено Оргваном.
Слова застревали в горле девушки, а сознание превратилось в желе, не способное мыслить. В этом сне, в эту минуту она была способна лишь внимать словам старца. Шаман отпустил палку, позволяя той упасть растворяясь в тумане. Освободившуюся ладонь он мягко положил на рукоять, изымая оружие из ножен. Сталь странно сверкнула, слепя воительницу.
— Клинок что ты обнаружила, сталь что не единожды вкушала плоть врагов — это подарок из далёких земель. Подарок, который был уготован специально для тебя, выкован из серебра в покоях Оргвана. Возьми его, овладей им, и помоги племени выжить. Ведь ты "Лазурное небо", не воин, некто больше. Намного больше…
Туман стал всё плотнее, и вскоре поглотил фигуру шамана. Голова Илви вдруг стала невероятно тяжёлая, будто бы к ней привязали пушечное ядро. Ноги воительницы подкосились, а она сама не в силах больше держаться, свалилась. Девушке казалось что она летит, клочья облаков расступаются перед ней, а далеко внизу даже отсюда можно увидеть небольшую башенку, с двух сторон окружённую каменистыми стенами. Стоило Илви сфокусировать взгляд на строение, как тут же поток воздуха решил пригвоздить её к земле, с бешеной скоростью отправляя ниже. Она вскрикнула и наконец-то очнулась…
Они шли долгие часы. Шли невзирая на усталость, боль в мышцах, павших товарищей и дневное, ужасно слепящее солнце. Благо вчерашний день был пасмурным и небесное око перестало обращать на маленьких букашек ходящих по земле своё внимание. Близился вечер, отряд под предводительством Свера двигался строго на юг, к постройке названной Цитаделью слёз. Багрум заприметил это место ещё при переходе Южных гор, и был более чем уверен что именно оно станет новым прибежищем для орочьей общины.
Из пятерых разведчиков в живых остались лишь двое, троица же погибли в битве с тёмными эльфами. Они застали отряд орков врасплох, налетев подобно саранче. Погоня продолжалась несколько часов и её исходом стала раненое плечо Свера, многочисленные ранения Багрума и обречённый на провал план. Но они шли, шли невзирая на непривычные холодные ветра, на перевязанные раны, из которых несмотря на должный уход всё продолжала течь кровь. Они шли, сумерки сгущались…
Под ногами, и в ближайших тысячи шагов во все стороны света раскинулась голая равнина, покрытая песчаником. Это имело свои плюсы, например приближающийся враг был виден издалека. Но и они сами становились лёгкой мишенью для зрения недруга. Предстояло сделать привал, у огромной глыбы воткнутой в песок. Камень был похож на гигантских размеров острие копья, и имел стиснутую округлость в центре.
Молчали. Говорить было не о чём, да и причин чтобы говорить не нашлось. Оба орка знали что обязаны следовать плану, иначе смерть павших товарищей будет не чем иным как невезением. Нет — говорил Багрум — они погибли ради великой цели, не просто так, не на потеху божкам. Оргван станет тому свидетелем, мы доберёмся до башни виднеющейся с Южных гор, а после поможем племени перекочевать туда.
